WWW.EL.Z-PDF.RU
БИБЛИОТЕКА  БЕСПЛАТНЫХ  МАТЕРИАЛОВ - Онлайн документы
 


Pages:     | 1 | 2 ||

«1. Предмет истории государства и права зарубежных стран. 2. Основные методы истории государства ц права зарубежных стран. 3. Периодизация истории государства и права ...»

-- [ Страница 3 ] --

Центральными органами государственного управления являлись специальные правительственные канцелярии - диваны. Диван военных дел ведал оснащением и вооружением армии. В нем велись списки людей, входивших в состав постоянного войска, с указанием получаемого им жалования или размеров пожалований за военную службу. Диван внутренних дел контролировал финансовые органы, занятые учетом налоговых и других поступлений, с этой целью собирались необходимые статистические сведения. Особые функции выполнял диван почтовой службы. Он занимался доставкой почты и государственных грузов, руководил строительством и ремонтом дорог, караван-сараев и колодцев. Более того это учреждение фактически выполняло функции тайной полиции.

Система местных органов государственного управления на протяжении VII-VIII вв. Претерпевала значительные изменения. Первоначально местные органы власти в покоренных странах оставались нетронутыми, сохранялись и старые методы управления. По мере упрочения власти правителей халифата произошло упорядочение местной администрации по персидскому образцу. Территория халифата была разделена на провинции, управляемые как правило, военными наместниками - эмирами. Эмиры обычно назначались халифом из числа своих приближенных. Однако были и эмиры, назначенные из представителей местной знати, из бывших правителей завоеванных территорий. В ведении эмиров находились вооруженные силы, местный административно-финансовый и полицейский аппарат. Эмиры имели помощников - наибов.

Мелкие административные подразделения в халифате (города, селения) управлялись должностными лицами различных рангов и наименований.

Нередко эти функции возлагались на руководителей местных мусульманских религиозных общин - старшин (шейхов). Большая роль армии в халифате определялась самой доктриной ислама. Основной стратегической задачей халифата считалось завоевание территории, не заселенной мусульманами, путем «священной войны». Принимать участие в ней должны были все совершеннолетние и свободные мусульмане.

На первом этапе завоеваний арабская армия представляла собой племенное ополчение. Однако необходимость укрепления и централизации армии вызывала ряд военных реформ конца VII - середины VIII вв. Арабская армия стала состоять из двух основных частей (постоянного войска и добровольцев), и каждая находилась под командованием особого полководца. В постоянном войске особое место занимали привилегированные воины-мусульмане. Основным родом войск была легкая конница.

Огромная, состоящая из разнородных частей, средневековая империя, несмотря на объединяющий фактор ислама и авторитарно-теократические формы осуществления власти, не смогла долгое время существовать как единое целое. Начиная с IX в. в государственном строе халифата происходят значительные изменения.

Во-первых, произошло фактическое ограничение светской власти халифа. Его заместитель, великий визирь, опираясь на поддержку знати, оттесняет верховного правителя от реальных рычагов власти и управления. Не отчитываясь перед халифом, визирь мог самостоятельно назначать высших государственных чиновников. Духовную власть халифы стали разделять с главным кади, руководившим судами и образованием. Во-вторых, в государственном механизме халифата еще больше возросла роль армии, ее влияние на политическую жизнь. На смену ополчению пришла профессиональная наемная армия. Создается дворцовая гвардия халифа из рабов тюркского, кавказского и даже славянского происхождения (мамлюки), которая в IX в. становится одной из главных опор центральной власти. Однако в конце IX в. ее влияние становится настолько велико, что гвардейские военачальники расправляются с неугодными халифами и возводят на престол своих ставленников.





В-третьих, усиливаются сепаратистские тенденции в провинциях. Власть эмиров, а также местных племенных вождей становится все более независимой от центра. С IX в. политическая власть наместников над управляемыми территориями становится фактически наследственной. Появляются целые династии эмиров. Эмиры создают свое войско, удерживают в свою пользу налоговые поступления и таким образом превращаются в самостоятельных правителей.

Распад халифата на эмираты и султанаты - независимые государства в Испании, Марокко, Египте, Средней Азии, Закавказье - привел к тому, что багдадский халиф, оставаясь духовным главой суннитов, к X в. фактически контролировал лишь часть Персии и столичную территорию. В X и XI вв. В результате захвата Багдада различными кочевыми племенами халиф дважды лишался светской власти. Окончательно восточный халифат был завоеван и упразднен монголами в XIII в. Резиденция халифата была перенесена в Каир, в западную часть халифата, где халиф сохранял духовное лидерство среди суннитов до начала XVI в., когда оно перешло к турецким султанам. Одновременно с возникновением Халифата формировалось и его право - шариат. Право изначально формировалось как важнейшая часть религии. Его основными источниками стали Коран - священная книга ислама, содержащая предписания, носящие характер морально-нравственных установок; сунна -сборник преданий о поступках и изречениях Мухаммеда, содержащая предписания семейно-наследственного и судебного права; иджма - решения, вынесенные авторитетными мусульманскими правоведами, по вопросам, не отраженным в Коране и сунне, фетва - письменное заключение высших религиозных авторитетов по решениям светских властей относительно отдельных вопросов общественной жизни.

Согласно мусульманскому праву действия каждого лица определяются как: 1) строго обязательные, 2) желательные, 3) разрешаемые, 4) нежелательные, но ненаказуемые, 5) запрещенные и строго наказуемые.

Ислам выделил ряд главных защищаемых ценностей: религия, жизнь, разум, продолжение потомства и собственность.

В соответствии с посягательством на эти ценности и характером наказаний преступления делятся на:

1) преступления против основ религии и государства, за которые следуют точно определенные наказания;

2) преступления против отдельных лиц, за которые также назначены определенные наказания;

3) преступления и правонарушения, наказания по которым строго не установлены и право выбора наказания предоставляется суду.

Для мусульман Коран - живое слово Аллаха, и поэтому он содержит вечную Истину.

Одним из наиболее крупных явлений в средневековой цивилизации на Востоке стало мусульманское право (шариат). Эта правовая система, которая со временем приобрела мировое значение, возникла и оформилась в рамках Арабского Халифата. После его падения мусульманское право не потеряло свое былое значение.

Шариат - это правовые предписания, неотъемлемые от теологии ислама, тесно связанные с его религиозно-мистическими представлениями. Ислам рассматривает правовые установки как частицу единого божественного закона и порядка.

Важнейшим источником Шариата считается Коран - священная книга мусульман, составление которой приписывается Мухаммеду. Коран состоит из 114 глав (сур), расчлененных на 6219 стихов (аятов). Лишь около 500 стихов содержат предписания, причисленные к шариату. И лишь 80 из них можно рассматривать как правовые. Вторым обязательным для всех мусульман источником права была сунна («священное придание»), состоявшая из многочисленных рассказов (хадисов) о суждениях и поступках самого Мухаммеда. Несмотря на обработку хадисов, сунна содержала много противоречащих друг другу положений, а выбор наиболее «достоверного» из них всецело зависел от усмотрения судий.

Третье место в иерархии мусульманского права занимала иджма («общее согласие мусульманской общины»). На практике иджма складывалась из совпадающих мнений по религиозным и правовым вопросам, которые были высказаны сподвижниками Мухаммеда или позднее наиболее влиятельными мусульманскими теологами - правоведами.

Одним из наиболее спорных источников мусульманского права был кияс - решение правовых дел по аналогии. Согласно киясу правило, установленное в Коране, сунне или иджме, может быть применено к делу, которое не было прямо предусмотрено в этих источниках права. Кияс, таким образом, не только позволял урегулировать новые общественные отношения, но и способствовал в ряде случаев освобождению шариата от теологического налета. Но в руках феодальных мусульманских судей кияс часто становился инструментом откровенного произвола. В качестве дополнительного источника шариат допускал местные обычаи, не вошедшие непосредственно в само мусульманское право в период его становления, но не противоречащие его принципам.

Наконец, источниками права в Арабском Халифате, считались производные от шариата, указы и распоряжения халифов - фирманы. В более поздних мусульманских государствах (Османская империя и т.д.) с развитием законодательства в качестве источников права стали государственные законы - кануны.

Судебные функции в халифате были отделены от административных. Местные власти не имели права вмешиваться в решения судей. Верховной судьей считался глава государства - халиф. В целом же суд был привилегией духовенства. Высшую судебную власть на практике осуществляла коллегия наиболее авторитетных богословов, которые также являлись правоведами. От имени халифа они назначали из представителей духовенства нижестоящих судей (кади) и специальных уполномоченных, которые контролировали их деятельность на местах. Правомочия кади были обширны. Они рассматривали на местах судебные дела всех категорий, следили за исполнением судебных решений, осуществляли надзор за местами заключения, удостоверяли завещания, распределяли наследство, проверяли законность землепользования. Судебные решения кади были окончательными и обжалованию не подлежали. Исключение составляли те случаи, когда сам халиф или его уполномоченные изменяли, решение кади.

Основные источники мусульманского права

Исследова-тели выделяют в составе мусульманского права две группы взаимосвязанных норм. Первую из них составляют юриди-ческие предписания Корана и Сунны. Вторую группу образуют нор-мы, сформулированные мусульманско-правовой доктриной на основе “рациональных” источников или логических приемов толкования. Это прежде всего единогласное мнение (иджма) наиболее авторитетных правоведов - муджтахидов и факихов, и кияс (кийас) - суждение по аналогии.

В качестве основополагающих рассматриваются нормы пер-вой группы, особенно те, которые зафиксированы в Коране.

Вместе с тем, исследователи справедливо отмечают, что ряд наций и этнических групп, принявших ислам в качестве религии (догматики и культа), в регулировании взаимоотношений индивидов продолжали при-держиваться прежних социальных нормативов, прежде всего обычаев, которые нередко прямо противоречили мусульманско-му праву. Например, бедуины многих районов Аравии, берберы Северной Африки или исламизированные народы Тропической Африки в своих внутри- и межплеменных отношениях весьма ревностно отстаивали приоритет древних обычаев и сопротивля-лись попыткам распространить на них мусульманское право как систему юридических норм. Подобный дуализм наблюдается вплоть до настоящего времени. Характерен в этом отношении пример Йемена, где мусульманское право традиционно применялось только в городах, а на территориях, занятых племенами (пре-имущественно в северных районах страны), господствовали старые доисламские обычаи. Попытки имама Иахйи в 20-е го-ды XX в. обязать племена руководствоваться мусульманским правом ни к чему не привели, и государство было вынуждено смириться с автономией племен в вопросах права. Доисламские племенные социальные нормы были настолько прочны, что вскоре после завоевания независимости в НДРЙ был даже принят закон об уголовной ответственности за кров-ную месть. Имеются свидетельства сохранения этого обычая, противоречащего мусульманскому праву, даже в современном Египте - стране, которая одной из первых стала объектом арабо-мусульманских завоеваний.

Живучесть племенных обычаев в противовес мусульманско-му праву подтверждается и наличием судов обычного права в ряде мусульманских стран. Подобные суды наряду с судами кади сохранялись до конца 60-х годов в Ираке и до начала 70-х годов в республике Йемен, до сих пор они функционируют в Иордании, где действует даже законодательство, признающее племенные обычаи источником права (аналогичное законодательство было принято в свое время в Ираке). Следует при этом подчеркнуть, что догматическая и ритуальная части ислама воспринимались и воспринимаются племенами в указанных странах достаточно последовательно, хотя и подвергаются определенному влиянию местных традиционных религиозных верований.

Сказанное мо-жет быть отнесено и к ряду стран Африки, где значительная часть населения исповедует ислам. Здесь действие многих ин-ститутов мусульманского права ограничивается или даже пол-ностью исключается местным обычным правом. Во многом сходное положение сло-жилось в Индонезии и ряде других стран Юго-Восточной Азии, где местные обычаи (адат) исключают действие многих норм мусульманского права и даже влияют на ритуально-догмати-ческую сторону ислама (“адатный ислам”). Либеральное отношение ислама к обычаям местного населения, по мнению Рене Давида, способствовало широкому распространению ислама во всем мире

31) Эволюция общественного и государственного строя Франкского королевства

Для Галлии пятое столетие явилось временем глубоких социально-экономических преобразований. В этой богатейшей провинции Рима (территория почти совпадающая с нынешней Францией) нашел свое проявление глубокий кризис, охвативший империю. Участились выступления рабов, колонов, крестьян, городской бедноты. Рим уже не мог защищать границы от вторжений иноземных племен и прежде всего германцев - восточных соседей Галлии. В итоге большая часть страны оказалась захваченной вестготами, бургундами, франками (салическими и рипуарскими) и некоторыми другими племенами. Из этих германских племен в конечном счёте на юге оказались наиболее сильными салические франки (возможно, от Sala так называлась в древности одна из рек нынешней Голландии). Им потребовалось чуть более 20 лет, чтобы в конце V - начале VI в. захватить большую часть страны.

Возникновение классового общества у франков, наметившееся у них еще до переселения на новую родину, резко ускорилось в процессе завоевания Галлии.

Каждый новый поход увеличивал богатства франкской военно-племенной знати. При дележе военной добычи ей доставались лучшие земли, значительное количество колонов, скота и пр. Знать возвысилась над рядовыми франками, хотя последние продолжали еще оставаться лично свободными и даже не испытывали вначале усиления экономического гнета. Они расселились на своей новой родине сельскими общинами (марками). Марка считалась собственником всей земли общины, включавшей леса, пустоши, луга, пахотные земли. Последние делились на наделы, и довольно быстро перешли в наследственное пользование отдельных семей.

Галло-римляне оказались в положении зависимого населения, по численности в несколько раз превышающее франков. Вместе с тем галло-римская аристократия частично сохранила свои богатства. Единство классовых интересов положило начало постепенному сближению франкской и галло-римской знати, причем первая стала доминирующей. И это особенно дало о себе знать при формировании новой власти, с помощью которой можно было бы сохранить в своих руках захваченную страну, держать в повиновении колонов и рабов. Прежняя родоплеменная организация необходимых сил и средств для этого дать не могла. Учреждения родоплеменного строя начинают уступать место новой организации с военным вождем - королем и лично преданной ему дружиной во главе. Король и его приближенные фактически решают важнейшие вопросы жизни страны, хотя еще сохраняются народные собрания и некоторые другие институты прежнего строя франков. Формируется новая "публичная власть", которая уже не совпадает непосредственно с населением. Она состоит не только из вооруженных людей, не зависящих от рядовых свободных, но и принудительных учреждений всякого рода, которых не было при родоплеменном строе. Утверждение новой публичной власти было связано с введением территориального разделения населения. Земли, заселенные франками стали делиться на "паги" (округа), состоявшие из более мелких единиц - "сотен". Управление населением, проживавшим в пагах и сотнях, вручается особым доверенным лицам короля. В южных районах Галлии, где прежнее население многократно преобладало на первых порах, сохраняется римское административно-территориальное деление. Но и здесь назначение должностных лиц зависит от короля.

Возникновение государства у франков связано с именем одного из их военных вождей - Хлодвига (486-511) из рода Меровингов. Под его главенством была завоевана основная часть Галлии. Дальновидным политическим шагом Хлодвига было принятие им и его дружиной христианства по католическому образцу. Этим он обеспечил себе поддержку галло-римской знати и господствовавшей в Галлии, католической церкви. Завоевательные войны франков ускорили процесс создания Франк-ского государства. Глубинные же причины становления франкской государственности коренились в разложении свободной франкской общины, в ее классовом расслоении, начавшемся еще в первых веках новой эры.

Государство франков по своей форме было раннефеодальной монархией. Оно возникло в переходном от общинного к феодально-му строю, которое миновало в своем развитии стадию рабо-владения. Это общество характеризуется многоукладностью (соче-танием рабовладельческих, родоплеменных, общинных, феодаль-ных отношений), незавершенностью процесса создания основных классов феодального общества. В силу этого раннефеодальное го-сударство несет на себе значительный отпечаток старой общинной организации, учреждений племенной демократии.

Государство франков прошло в своем развитии два основных периода (с конца V до VII в. и с VIII до середины IX в.). Рубеж, разделяющий эти периоды, характеризуется не только сменой пра-вящих династий (на смену Меровингам пришли Каролинги). Он стал началом нового этапа глубокой социально-экономической и политической перестройки франкского общества, в ходе которой постепенно складывалось собственно феодальное государство в форме сеньориальной монархии.

Во втором периоде в основном завершается создание крупной феодальной земельной собственности, двух основных классов фео-дального общества: замкнутого, иерархически соподчиненного, свя-занного вассально-ленными узами класса феодалов, с одной сторо-ны, и эксплуатируемого им зависимого крестьянства -- с другой. На смену относительной централизации раннефеодального госу-дарства приходит феодальная раздробленность.

В V--VI вв. у франков сохранились еще общинные, родовые связи, отношения эксплуатации среди самих франков не были раз-виты, немногочисленной была и франкская служилая знать, сфор-мировавшаяся в правящую верхушку в ходе военных походов Хлодвига.

Наиболее ярко социально-классовые различия в раннеклассо-вом обществе франков, как свидетельствует Салическая правда, правовой памятник франков, относящийся к V в., проявлялись в положении рабов. Рабский труд, однако, не получил широкого рас-пространения. Раб в отличие от свободного общинника-франка счи-тался вещью. Его кража приравнивалась к краже животного. Брак раба со свободным влек за собой потерю последним свободы.

Салическая правда указывает также на наличие у франков других социальных групп: служилая знать, свободные франки (об-щинники) и полусвободные литы. Различия между ними были не столько экономическими, сколько социально-правовыми. Они были связаны, главным образом, с происхождением и правовым статусом лица или той социальной группы, к которой это лицо принадле-жало. Важным фактором, влияющим на правовые различия фран-ков, стала принадлежность к королевской службе, королевской дружине, к складывающемуся государственному аппарату. Эти раз-личия наиболее ярко выражались в системе денежных возмеще-ний, которые служили охране жизни, имущественных и иных прав отдельных лиц.

Наряду с рабами существовала особая категория лиц -- по-лусвободные литы, жизнь которых оценивалась половиной вергельда свободного, в 100 солидов. Лит представлял собой неполноправного жителя общины франков, находящегося в личной и ма-териальной зависимости от своего господина. Литы могли вступать в договорные отношения, отстаивать свои интересы в суде, участ-вовать в военных походах вместе со своим господином. Лит, как и раб, мог быть освобожден своим господином, у которого, однако, оставалось его имущество. За преступление литу полагалось, как правило, то же наказание, что и рабу, например смертная казнь за похищение свободного человека.

Право франков свидетельствует и о начавшемся имуществен-ном расслоении франкского общества. В Салической правде гово-рится о господской челяди или дворовых слугах-рабах (винограда-рях, конюхах, свинопасах и даже золотых дел мастерах), обслужи-вающих господское хозяйство.

Вместе с тем Салическая правда свидетельствует о достаточ-ной прочности общинных порядков, об общинной собственности на поля, луга, леса, пустоши, о равных правах общинников-крестьян на общинный земельный надел. Само понятие частной собственно-сти на землю в Салической правде отсутствует. Она лишь фикси-рует зарождение аллода, предусматривая право передачи надела по наследству по мужской линии. Дальнейшее углубление соци-ально-классовых различий у франков и было непосредственно свя-зано с превращением аллода в первоначальную форму частной феодальной земельной собственности. Аллод -- отчуждаемое, пе-реходящее по наследству землевладение свободных франков -- сложился в процессе разложения общинной собственности на зем-лю. Он лежал в основе возникновения, с одной стороны, вотчинного землевладения феодалов, а с другой -- земельного держания зави-симых от них крестьян.

Процессы феодализации у франков получают мощный им-пульс в ходе завоевательных войн VI--VII вв., когда в руки франк-ских королей, служилой аристократии, королевских дружинников переходит значительная часть галло-римских поместий в Север-ной Галлии. Служилая знать, связанная в той или иной мере вас-сальной зависимостью от короля, захватившего право распоряжения завоеванной землей, становится крупным собственником зе-мель, скота, рабов, колонов. Она пополняется частью галло-римской аристократии, которая переходит на службу к франкским королям.

Столкновение общинных порядков франков и позднеримских частнособственнических порядков галло-римлян, сосуществование и взаимодействие столь различных по характеру общественных укладов и ускорило создание новых, феодальных отношений. Уже в середине VII в. в Северной Галлии начинает складываться фео-дальная вотчина с характерным для нее разделением земли на господскую (домен) и крестьянскую (держание). Расслоение "рядо-вых свободных" в период завоевания Галлии происходило и в силу превращения общинной верхушки в мелких вотчинников за счет присвоения общинной земли.

Процессы феодализации в VI--VII вв. на юге Галлии не полу-чили столь бурного развития, как на севере. В это время размеры франкской колонизации здесь были незначительны, сохранялись обширные поместья галло-римской знати, продолжал широко ис-пользоваться труд рабов и колонов, но глубокие социальные пере-мены происходили и здесь, главным образом за счет повсеместного роста крупного церковного землевладения.

V--VI вв. в Западной Европе были отмечены началом мощно-го идеологического наступления христианской церкви. Служители десятков вновь возникающих монастырей, храмов выступали с про-поведями о человеческом братстве, о помощи бедным и стражду-щим, о других нравственных ценностях.

Население Галлии под духовным воздействием священнослу-жителей, возглавляемых епископами, стало воспринимать все боль-ше христианские догматы, идею искупления, полагаясь на заступ-ничество святых отцов ради обретения прощения при переходе в иной мир. В эпоху бесконечных войн, разрушений, повсеместного насилия, болезней, в условиях доминирования религиозного созна-ния внимание людей естественно концентрировалось на таких во-просах, как смерть, посмертный суд, воздаяние, ад и рай. Страх перед чистилищем и адом церковь стала использовать в своих корыстных интересах, собирая и накапливая за счет и правителей, и простых людей многочисленные пожертвования, в том числе и земельные. Рост церковного землевладения начался с земельных отказов церкви от Хлодвига.

Возрастающая идеологическая и экономическая роль церкви не могла рано или поздно не проявиться в ее властных притязани-ях. Однако церковь в это время не была еще политическим образо-ванием, не имела единой организации, представляя собой некое духовное сообщество людей, руководимое епископами, из которых по традиции важнейшим считался епископ Рима, получивший впо-следствии звание папы римского.

В деятельность церкви в качестве "христовых наместников" на земле все больше вторгались и короли, которые в целях укреп-ления своей крайне нестабильной власти назначали епископов из своих приближенных, созывали церковные соборы, председатель-ствовали на них, выступая иногда и по проблемам богословия. В 511 году на созванном Хлодвигом Орлеанском церковном соборе было принято решение, что ни один мирянин не может быть вве-ден в церковный сан без королевского разрешения. Последующим решением Орлеанского церковного собора в 549 году было оконча-тельно закреплено право королей контролировать назначение епис-копов.

Это было время все более тесного переплетения светской и религиозной власти, когда епископы и другие религиозные деяте-ли заседали в правительственных органах, а гражданская админи-страция на местах осуществлялась епархиальными управлениями.

При Дагобере I в начале VII в. отправление церковных функ-ций стало неотъемленной частью пути к почету, пройдя который, приближенные короля становились местными правителями -- гра-фами и епископами одновременно; нередки были случаи, когда епи-скопы управляли городами и окружающими их сельскими поселе-ниями, чеканили деньги, собирали подати с земель, подлежащих налогообложению, контролировали рыночную торговлю и пр.

Сами же епископы, владея большими церковными хозяйства-ми, стали занимать все более высокое место в складывающейся феодальной иерархии, чему способствовали и незапрещенные бра-ки священников с мирянами, представителями феодальной вер-хушки.

Бурным ростом феодальных отношений характеризуются VII-- IX вв. В это время во франкском обществе происходит аграрный переворот, приведший к повсеместному утверждению крупной феодальной земельной собственности, к утрате общинником земли и свободы, к росту частной власти феодальных магнатов. Этому способствовало действие ряда исторических факторов. Начавшийся с VI--VII вв. рост крупного землевладения, сопровождавшийся рас-прями землевладельцев, выявил всю непрочность королевства Меровингов, в котором то тут, то там возникали внутренние границы в результате выхода из повиновения местной знати или сопротив-ления населения взиманию налогов. К тому же к концу VII в. фран-ки потеряли ряд земель и реально занимали территорию между Луарой и Рейном.

Одной из попыток решить проблему укрепления государст-венного единства в условиях повсеместного неповиновения цен-тральным властям стал церковный собор "прелатов и знатных людей", прошедший в Париже в 614 году. Эдикт, принятый собо-ром, призвал к "пресечению наисуровейшим образом мятежей и наглых вылазок злоумышленников", грозил наказанием за "хище-ния и злоупотребление властью чиновникам, сборщикам налогов на торговых местах", но одновременно ограничивал и право граж-данских судей и сборщиков налогов на церковных землях, закла-дывая, таким образом, законодательную основу их иммунитета. Епи-скопы к тому же по решению собора должны были впредь изби-раться "духовенством и народом" при сохранении за королем лишь права одобрять результаты выборов.

К ослаблению власти франкских королей привело прежде все-го истощение их земельных ресурсов. Только на основе новых по-жалований, предоставления новых прав землевладельцам, уста-новления новых сеньориально-вассальных связей могло произойти в это время усиление королевской власти и восстановление един-ства франкского государства. Такую политику и стали проводить Каролинги, фактически правившие страной еще до перехода к ним королевской короны в 751 году.

Реформа Карла Мартелла

Майордом Карл Мартелл (715-- 741 гг.) начал свою деятельность с усмирения внутренней смуты в стране, с конфискаций земель своих политических противников, с частичной секуляризации церковных земель. Он воспользовался при этом правом королей на замещение высших церковных должно-стей. За счет созданного таким образом земельного фонда стали раздаваться новой знати земельные пожалования в пожизненное условное держание -- бенефиции (от лат. beneficium -- благодея-ние, милость) при несении той или иной службы (чаще всего кон-ной военной). Землю получал тот, кто мог служить королю и при-водить с собой войско. Отказ от службы или измена королю влек-ли за собой потерю пожалования. Бенефициарий получал землю с зависимыми людьми, которые несли в его пользу барщину или платили оброк. Использование такой же формы пожалований дру-гими крупными землевладельцами привело к складыванию отно-шений сюзеренитета--вассалитета между крупными и мелкими феодалами.

Расширению феодального землевладения в VIII в. способство-вали новые захватнические войны, сопровождавшая их новая вол-на франкской колонизации. Причем если во франкской колониза-ции VI--VII вв. принимала участие в основном верхушка франк-ского общества, то к колонизации VII--IX вв., происходившей в значительно больших размерах, были привлечены зажиточные аллодисты, за счет которых и пополнялся в это время конным ры-царством класс феодалов.

С середины VIII в. начинается период, предшествующий за-вершению процесса расслоения франкского общества на класс фео-дальных землевладельцев и класс зависимых от них крестьян, ши-рокое распространение получают отношения покровительства, гос-подства и подчинения, возникающие на основе особых договоров коммендации, прекария, самозакабаления. На развитие отношений покровительства большое влияние оказал римский институт -- клиентеллы, патроната. Отношения покровительства и патроната у франков были вызваны к жизни крушением старых родовых связей, невозможностью экономической самостоятельности мелко-крестьянского хозяйства, разоряемого войнами, грабежами феода-лов. Покровительство влекло за собой установление личной и иму-щественной зависимости крестьян от землевладельцев-магнатов, так как крестьяне передавали им право собственности на свои земельные участки, получая их обратно на условиях выполнения определенных повинностей, уплаты оброка и пр.

В процессах установления власти крупных землевладельцев над крестьянами в Западной Европе огромную роль играла хри-стианская церковь, ставшая сама крупным земельным собственни-ком. Оплотом господствующего положения церкви были монасты-ри, а светской знати -- укрепленные замки, которые становились вотчинными центрами, местом сбора ренты с крестьян, символом могущества сеньоров.

Договоры коммендации (покровительства) возникли прежде всего в отношениях крестьян с церковью, монастырями. Они не всегда были непосредственно связаны с потерей свободы и прав собственности на земельный участок коммендируемого, как это имело место в случае договора самозакабаления. Но раз попав под такое покровительство, свободные крестьяне постепенно теряли свою личную свободу и через несколько поколений в большинстве своем становились крепостными.

Договор прекария был непосредственно связан с передачей земли. Он влек за собой возникновение условного держания земли, передаваемой во временное пользование, сопровождался возник-новением тех или иных обязанностей прекариста в пользу крупно-го землевладельца (работать на полях господина, отдавать ему часть урожая). В лице прекаристов создавался переходный слой от свободных общинников-аллодистов к зависимым крестьянам. Су-ществовали три формы прекария: precaria data ("прекарий дан-ный") -- своеобразная форма аренды земли, на основании которой безземельный или малоземельный крестьянин получал участок земли во временное пользование. По договору precaria remuniratoria ("прекарий возмещенный") прекарист первоначально отдавал свой участок земли землевладельцу и получал его обратно во вла-дение. Этот вид прекария возникал, как правило, вследствие зало-га земли в обеспечение долга. По договору precaria oblata ("прека-рий подаренный") прекарист (чаще всего под прямым нажимом землевладельца), уже попавший в экономическую зависимость, отдавал свой участок господину, а затем получал от него свой и дополнительный участок земли, но уже в качестве держания.

Владелец прекария обладал правом судебной защиты против третьих лиц, но только не в отношении землевладельца. Прекарий мог быть взят обратно землевладельцем в любую минуту. По мере того как число подвластных магнату людей (прекаристов, коммендируемых) росло, он приобретал над ними все большую власть.

Государство всемерно содействовало укреплению этой вла-сти. В капитулярии 787 года, например, запрещалось кому-либо принимать под покровительство людей, оставивших сеньора без его разрешения. Постепенно вассальные связи, или отношения за-висимости, охватывают всех свободных. В 808 году им было пред-писано идти на войну со своим сеньором либо с графом.

Поздние "варварские правды" свидетельствуют и о других изменениях в социальной структуре варварских обществ, происхо-дящих в связи с развитием новых феодальных отношений. В Аламаннской и Баварской правдах (VIII в.) все чаще упоминается фи-гура колона. Колон или раб, посаженный на землю, был известен и римскому праву, которое лишало его хозяйственной самостоятель-ности, права заключать договоры, подписывать документы и пр.

Вестготы в V--VI вв. восприняли из Рима эти запреты. Но остготы начали отходить от них. По ст. 121 Остготской правды, например, "если кто давал в долг деньги колону или рабу, без ведома господина, то он мог вернуть долг из пекулия", то есть из имущества, которым он владел.

Возникла новая феодальная форма колоната, отличающаяся от прежней тем, что колоном мог стать не только раб или беззе-мельный арендатор, но и свободный крестьянин. Согласно Аламаннской правде (22, 3) колон ведет самостоятельно хозяйство, но должен платить подати натурой церкви или отрабатывать барщи-ну 3 дня в неделю.

Происходят изменения и в правовом статусе рабов. Ослабля-лись, например, строгие запреты на браки рабов со свободными. Если по римскому праву свободная женщина за связь с рабом обращалась в рабство, а по Салической правде ее можно было безнаказанно убить, то Аламаннская правда давала такой женщине право возражать против "рабской работы служанки" (18,2).

И, наконец, в IX в. крупные бенефициарии добиваются права передавать бенефиции по наследству. На смену бенефицию прихо-дит феод (Наследственное, в отличие от бенефиция, феодальное земельное владение, по-жалованное сеньором своему вассалу за службу). Крупные феодалы превращаются в суверенов, обладаю-щих политической властью в своих владениях.

ГОСУДАРСТВЕННЫЙ СТРОЙ ФРАНКОВ

В процессах становления и развития государственного аппарата франков можно выявить три главных направления. Первое направление, особенно характерное для на-чального этапа (V--VII вв.), проявилось в перерождении органов племенной демократии франков в органы новой, публичной вла-сти, в собственно государственные органы. Второе -- определялось развитием органов вотчинного управления, третье -- было связано с постепенным превращением государственной власти франкских монархов в "частную" власть государей-сеньоров с формировани-ем сеньориальной монархии, что выявилось в полной мере на за-вершающем этапе развития франкского общества (VIII--IX вв.).

Завоевание Галлии послужило мощным импульсом создания нового государственного аппарата у франков, ибо оно потребовало организации управления завоеванных областей, их защиты. Хлодвиг был первым франкским королем, утвердившим свое исключитель-ное положение единоличного правителя. Из простого военачальни-ка он превращается в монарха, добиваясь этого положения всеми средствами: вероломством, хитростью, уничтожением сородичей, других племенных вождей. Одной из важнейших политических ак-ций Хлодвига, укрепивших позиции франкского государства за счет поддержки галло-римского клира, было принятие христианства.

С принятием христианства Хлодвигом церковь становится мощным фактором укрепления королевской власти. Именно цер-ковь дала в руки франкских королей такое оправдание захватни-ческим войнам, как ссылка на "истинную веру", объединение в вере многих народов под эгидой единого короля как верховного, не только светского, но и духовного главы своих народов.

Постепенный переход галльской элиты в христианскую веру становится также важным историческим фактором объединения Галлии, развития особой региональной феодально-христианской, западноевропейской (романо-германской) цивилизации.

Социально-экономические, религиозно-идеологические, этно-графические и др. изменения в галльском обществе оказали непосредственное влияние и на процессы складывания и развития спе-цифических черт государственного аппарата франкской империи, поглотившей в VIII--IX в. большинство варварских государств За-падной Европы.

Уже в V в. у франков на место старой родовой общины окончательно приходит община территориальная (марка), а вместе с ней и территориальное деление на округа (паги), сотни. Салическая правда говорит уже о существовании должностных лиц королевства: графах, сацебаронах и пр. Вместе с тем она свиде-тельствует о значительной роли органов общинного управления. Общеплеменного народного собрания в это время у франков уже не было. Оно было заменено смотром войска -- сначала в марте ("мартовские поля"), затем (при Каролингах) в мае ("майские поля"). Но на местах продолжали существовать сотенные собрания ("малюс"), выполняющие судебные функции под председательством тунгинов, которые вместе с рахинбургами, знатоками права ("вынося-щими приговор"), были представителями общины.

Роль общины в судебных делах была исключительно велика. Община отвечала за убийство, совершенное на ее территории, вы-ставляла соприсяжников, свидетельствующих о добром имени сво-его члена; сами родственники доставляли в суд своего сородича, вместе с ним уплачивали вергельд.

Король выступал прежде всего как "охранитель мира", как исполнитель судебных решений общины. Его графы, сацебароны выполняли в основном полицейские и фискальные функции. Сали-ческая правда предусматривала наказание для королевских долж-ностных лиц, отказывающихся удовлетворить требование свобод-ного человека и применить власть к правонарушителям. Вместе с тем, ограждая в определенной мере самостоятельность общины со стороны королевских должностных лиц, Салическая правда запре-щала, например, чтобы на одно общинное собрание являлось боль-ше трех сацебаронов.

Королевские предписания, согласно Салической правде, каса-ются незначительного круга государственных дел -- призыва в войско, вызова в суд. Но Салическая правда свидетельствует и об усилении власти королей. Так, например, исполнение королевской службы оправдывает неявку обвиняемого в общинный суд. Более того, король прямо вторгается во внутриобщинные дела, в ее позе-мельные отношения, разрешает чужаку селиться на общинной земле.

Власть франкских королей стала передаваться по наследству. В VI--VII вв. под прямым воздействием позднеримских порядков законодательные полномочия королей усиливаются, а в капитуля-риях не без влияния церкви уже говорится о священном характере королевской власти, о неограниченности ее законодательных пол-номочий. Показательно, что там же появляется понятие измены королю, относимой к тяжким преступлениям.

Однако король в это время -- прежде всего военный предво-дитель, военачальник, главной заботой которого является "поря-док" в королевстве, усмирение выходящей из повиновения местной знати. С ограниченностью королевских функций было связано и отсутствие эффективно действующих органов центральной адми-нистрации, казначейства, самостоятельных королевских судов, об-ладающих апелляционными функциями.

Складывающийся государственный аппарат отличается еще крайней аморфностью, отсутствием четко разграниченных долж-ностных полномочий, соподчиненности, организации делопроизвод-ства. Нити государственного управления сосредоточиваются в ру-ках королевских слуг и приближенных. Среди них выделяются двор-цовый граф, референдарий, камерарий. Дворцовый граф выполня-ет главным образом судебные функции, руководит судебными по-единками, наблюдает за исполнением приговоров. Референдарий (докладчик), хранитель королевской печати, ведает королевскими документами, оформляет акты, предписания короля и пр. Камера-рий следит за поступлениями в королевскую казну, за сохранно-стью имущества дворца.

В VI--VII вв. главным управителем королевского дворца, а затем и главой королевской администрации являлся палатный мэр, или майордом, власть которого всемерно усиливалась в условиях непрекращающихся походов короля, который управлял своими тер-риториями "из седла".

Формирование местных органов власти происходит в это вре-мя под значительным влиянием позднеримских порядков. Меровингские графы начинают управлять округами как римские наме-стники. Они обладают полицейскими, военными и судебными функ-циями. В капитуляриях тунгин в качестве судьи почти не упоми-нается. Понятия "граф" и "судья" становятся однозначными, их на-значение входит в исключительную компетенцию королевской власти.

Вместе с тем вновь возникающие органы государственного ап-парата франков, копируя некоторые позднеримские государствен-ные порядки, имели иной характер и социальное назначение. Это были органы власти, выражавшие интересы прежде всего герман-ской служилой знати и крупных галло-римских землевладельцев. Они и строились на иных организационных основах. Так, например, широко использовались на государственной службе дружинники короля. Первоначально состоявшая из королевского военного отря-да свободных франков дружина, а следовательно, и государствен-ный аппарат пополнялись впоследствии не только романизирован-ными галлами, которые отличались своим образованием, знанием местного права, но и рабами, вольноотпущенниками, составлявши-ми придворный королевский штат. Все они были заинтересованы в усилении королевской власти, в разрушении старого племенного сепаратизма, в укреплении новых порядков, суливших им обога-щение и социальный престиж.

Во второй половине VII в. складывается новая система поли-тического господства и управления, своего рода "демократия зна-ти", которая предполагает непосредственное участие верхушки формирующегося класса феодалов в управлении государством.

Расширение участия феодализирующейся знати в управле-нии государством, "сеньоризация" государственных должностей привели к потере королевской властью той относительной само-стоятельности, которой она пользовалась ранее. Это произошло не сразу, а именно в тот период, когда крупное землевладение приоб-рело уже значительные размеры. В это время большую власть присваивает созданный еще ранее Королевский совет, состоящий из представителей служилой знати и высшего духовенства. Без согласия Совета король фактически не мог принять ни одного серь-езного решения. Знати постепенно передаются ключевые позиции в управлении не только в центре, но и на местах. Вместе с ослаб-лением власти королей все больше независимости, администра-тивных и судебных функций приобретают графы, герцоги, еписко-пы, аббаты, ставшие крупными землевладельцами. Они начинают присваивать налоги, пошлины, судебные штрафы.

Еще в 614 году вышеупомянутым эдиктом (ст. 12) запреща-лось назначение "должностного лица (judex -- вероятно, герцога или графа), как и подчиненного ему человека", если они не были местными землевладельцами. В 673 году светская знать добилась подтверждения Хильпериком II этой статьи эдикта. Функции управления, таким образом, закреплялись за крупными местными феодалами.

В поздних правдах местным правителям--герцогам и гра-фам -- уделяется не меньше внимания, чем королю. Штраф по Аламаннской правде грозит любому за невыполнение требований герцога или графа, за "пренебрежение к их повестке с печатью" Специальный титул 2-й Баварской правды посвящен герцогам, "ко-торых народ поставил или их избрал"; он свидетельствует о ши-роте тех дел, "которые их касаются". Здесь предусмотрено наказа-ние в виде значительного штрафа не только за невыполнение, но и за "небрежность" при выполнении их приказов (2, 13), в частности говорится о безнаказанности в случае выполнения приказа герцога об убийстве какого-либо лица (2, 6), вероятно, "поступившего про-тив закона" (2, 2).

Более того, по Аламаннской правде должность герцога насле-дуется его сыном, которому, однако, грозит "изгнание и лишение наследства" за попытку "завладеть ею грабительски" (25, 1--2), правда, король мог "простить сына... и передать ему наследство" (34, 4). Со временем все важнейшие должности в государственном аппарате стали наследственными.

Сохранявшееся в той или иной степени повиновение местной знати королю начинает все больше определяться ее личными от-ношениями с королевским двором, вассальной зависимостью от ко-роля как сеньора.

С середины VII в., в эпоху так называемых ленивых королей, знать уже непосредственно берет бразды правления в свои руки, отстраняя короля. Сначала это делается за счет все большего уси-ления роли и значения должности майордома, а затем путем пря-мого смещения короля. Ярким примером этому может служить сама смена королевской династии у франков. Еще в VII в. своим могуществом, земельным богатством стал выделяться род майордомов Пипинидов. Один из них, Карл Мартелл, фактически уже правил страной. Благодаря проведенным реформам ему удалось на определенное время укрепить единство франкского государст-ва, переживавшего длительный период политической дестабили-зации, расчленения. Сын и преемник Карла Мартелла, не желая даже формально признавать короля, произвел государственный переворот, заточил последнего царствующего Меровинга в мона-стырь и занял его престол.

Аграрный переворот VIII в. способствовал дальнейшему раз-витию феодального государства, той административной системы, в которой главную роль начинают играть органы вотчинного управ-ления. Новой перестройке аппарата управления способствовало широкое распространение в это время иммунитетных грамот, в силу которых территория, принадлежащая владельцу иммуните-та, изымалась (частично или полностью) из ведения государствен-ных властей в судебных, податных, административных делах. Вот-чинник таким образом получал политическую власть над своими крестьянами. Иммунитетные грамоты, как правило, санкциониро-вали уже сложившиеся отношения политической зависимости кре-стьян от своих сеньоров-вотчинников.

32) Гражданское право в франкском государстве, его основные институты (по «Салической правде»).

33) Уголовное право и уголовный процесс у франков (по «Салической правде»).

2. Салическая правда

1. Возникновение салической правды

«Варварскими правдами» называют обыкновенно раннефеодальные

юридические кодификации германских народов - записи их обычного права.

Наиболее известна Салическая правда (по точному названию - “Салический

закон” - Lex Salica). Временем ее возникновения принято считать конец V

столетия - момент расселения франков на завоеванных землях. Юридические

обычаи, зафиксированные в Салической правде, касаются главным образом жизни

и быта обыкновенной франкской деревни. Заметно то, как неохотно и даже

враждебно встречают общинники всякое новое лицо. Достаточно возражения

одного из общинников, и чужак должен покинуть селение. Нераспаханные

пустоши, леса и выгоны принадлежат всем сообща. Это - седая старина.

Рассмотрим поподробнее салическую правду и прокомментируем основные

главы.

2.2. Аллод и собственность (имущественные отношения)

Длинные ряды заборов, окружающих пахотные наделы, – это уже новое.

«Огороженное место» неприкосновенно, пока не убран хлеб. Только после

сбора урожая будет снята изгородь и скоту, будет позволено пастись повсюду.

Частное и общинное уживается здесь на основе временного компромисса.

Но, однако, не верно то, что огороженная земля была частной

собственностью. Против этого говорит правило: если в семье не остается

наследника, пахотный участок возвращается общине (и та передает его тому,

кто в нем нуждается). Не случайно, что Салическая правда ни единым словом

не упоминает о купле-продаже земли. Зато с особым рвением стремится

законодатель оградить от посягательств частное хозяйство крестьянина.

Судебные штрафы, назначенные за кражу вещей, разработаны так тщательно,

что, кажется, не остается ничего, что ускользнуло бы от внимания.

Особое внимание в Салической правде уделяется Аллоду. Аллод (нем.

Allod, французское al - полный и od - владение) у германских племен и в

раннефеодальных государствах Западной Европы свободно отчуждаемая

индивидуально-семейная земельная собственность. С развитием феодальных

отношений большая часть мелких аллодов превратилась в зависимые

крестьянские держания, аллоды крупных и средних землевладельцев - в

бенефиции и феоды. Как пережиток аллодиальная собственность существовала и

при развитом феодализме. В Салической правде статьи об аллоде касаются в

основном его наследования.

Движимое имущество сын и дочь наследовали в равной доле. Но земля

переходила только к сыну. Во всем этом не было намеренной дискриминации

женщины. Хотели одного: сохранить земельную собственность в данном роде.

Когда же рода не стало, отпало и указанное ограничение; эдиктом короля

Хильперика (518-584 гг.) устанавливалось, что при отсутствии у умершего

сыновей наследует дочь, а если и ее нет - брат или сестра умершего, но не

“соседи”, как это было раньше.

В Салической правде, отражающей наиболее ранние социально-

экономические и политические процессы становления классового общества,

государства и права, нет ещё однозначного понятия собственности.

К движимым вещам, находящимся в собственности отдельных лиц или семей,

применялся термин «свой» в отличие от термина «чужой». Движимое имущество у

франков беспрепятственно отчуждалось, передавалось по наследству одному из

членов семьи умершего или родственнику со стороны матери или отца.

Большинство предписаний Салической правды посвящено охране права

собственности на различные движимые вещи. В ней со всеми подробностями

разбираются случаи кражи крупного рогатого скота, а также овец, коз, собак,

голубей, пчёл, свиней и пр.

Скотоводство занимало главенствующее положение в хозяйстве германцев,

скот, являясь неким символом благосостояния, обеспечивал семью тем

богатством, которое можно было захватить с собой в случае переселения,

бегства. Скотом пользовались и как средством обмена, эквивалентом денежных

расчётов. Два, три солида стоила у франков корова «здоровая, зрячая и

рогатая».

Жилищу, территории двора, приусадебному участку как семейной

собственности в Салической правде придаётся особое значение. Сюда приходит

кредитор, чтобы истребовать долг у должника, чтобы вызвать ответчика в суд.

Наказуема была высоким штрафом (45 – 63 сол.) не только кража в пределах

дома или двора, но и простое проникновение на территорию виллы после захода

солнца.

О переходе пахотного участка земли (аллода) в частное владение

свидетельствует различное отношение в Салической правде к пахотной земле, а

также к лугам, пастбищам, лесам, которые остаются ещё в общинной

собственности. Салическая правда карает сам факт нарушения границы

пахотного поля без разрешения хозяина, предусматривая наказание за проезд

по чужому полю в 3 сол., за запашку чужого поля в 15 сол., за посев на

чужом поле в 45 сол.

2.3. Договорные отношения (сделки)

Среди разного рода сделок особое место принадлежало займу. Долговое

рабство Салическая правда уже не знает. Зато имущественная ответственность

должника становится очень строгой.

Договорные отношения не получили значительного развития у франков. Это

характерная черта права германского общества, которому свойственно

мелкокрестьянское натуральное хозяйство, слабое развитие товаро-денежных

отношений. В Салической правде отсутствуют указания на общие условия

действительности договоров, но свободное волеизъявление сторон

подразумевается при заключении таких договоров, как купля-продажа, мена,

поклажа, залог, заём, ссуда, дарение. Волеизъявление осуществлялось путём

бросания другому лицу «в полу стебля» или, как известно по другим

источникам, передачи двери при продаже дома и пр. Фактический владелец

движимой вещи был обязан доказать, что купил или выменял её, в противном

случае он мог быть объявлен вором.

Подробно рассматривается в Салической правде договор займа. Кредитор

мог взыскать долг непосредственно, минуя судебное заседание. Если должник

«не пожелает выплатить по обязательству» после того как кредитор востребует

долг, явившись к его дому в сопровождении свидетелей, он призывался

кредитором в суд (до трёх раз, через неделю). При каждой неявке в суд с

должника взыскивался штраф. Долг мог быть взыскан и с помощью графа и

рахинбургов путём конфискации соответствующей части имущества должника. В

этом случае треть долга шла графу.1

2.4. Брак и семья

Семья у германцев носила патриархальный характер. В семью,

возглавляемую отцом, наряду с нисходящими входили боковые родственники,

родные и сводные братья, их жёны, которых было много, так как они часто

сменяли друг друга. Семьи жили под одной крышей вместе с челядью, а в

некоторых случаях – и с вооружённой свитой.

Но власть отца по Салической правде не была столь широка, как,

например, в Риме. Она напоминала скорей строгую пожизненную опеку над

женой, дочерью или сыном. Опека над сыном прекращалась по достижению им 12

лет.

Браку, как и семье, в Салической правде посвящено незначительное число

статей. Древние обычаи германцев допускали установление брака покупкой

жены, а еще более древние не исключали похищения (умыкания). Через покупку

муж приобретал власть над женой. После его смерти эта власть переходила к

свекру, поскольку выкупная плата давалась им. К временам Салической правды

эти обычаи уже отмирали. Место выкупной платы заняли вещи или деньги,

которые муж приносил жене в качестве так

называемого утреннего дара (в награду за невинность). Они оставались в

_________

1Жидков О.А. История государства и права зарубежных стран. М., 2000.

семье. Жена должна была явиться в дом мужа, принося приданное. Разводы,

вначале допускаемые, были запрещены по мере усвоения христианства

(капитулярием 744 г.).

2.5. Кровная месть

У всех нардов с незапамятных времен в том или ином виде существовал (а

кое-где и существует до сих пор) обычай кровной мести. Не смотря на

различие в формах осуществления и способах мести, свойственных разным

народам, общим является убеждение в том, что без мести нет вечного покоя

убитому. Традиции и соответствующее воспитание поставили кровную месть и у

германцев выше всех других человеческих чувств. Не только старинные

хроники, но даже рыцарские романы германского средневековья наполнены

описанием непомерных жестокостей, совершаемых из мести.

Германские правды были составлены в то время, когда кровная месть была

уже пережитком. Она стала особенно страшной с переходом к оседлости, с

усовершенствованием оружия, с распадением старых родовых коллективов.

Самосуд и государство находились в явном противоречии. Тем не менее,

правды хотя и ограничивают, но не вовсе запрещают кровную месть. ”Кто мстит

за причиненный всем нам ущерб, - говорит составленный в ( веке Судебник

Лондона, - пусть делает то, что делает” Составленная пятью столетиями

раньше, Салическая правда, конечно, содержит указания на кровную месть.

Если преступник на столько беден и настолько безроден, что не может собрать

денег для своего выкупа, “он должен уплатить своей жизнью”. Тем не менее,

Салическая правда скорее запрещает, чем поощряет месть. Она во всех случаях

запретна, когда нет умысла, а значит и вражды. С этого, по-видимому,

начинается ограничение кровной мести вообще. Где нет вражды, там достаточно

возмещения ущерба. Наряду с этим, запрещается кровная месть за ранение, а

затем обычай убивать лучшего в роду.

2.6. Убийство. Увечье.

Пока человек потреблял все то, что добывал, для кровной мести не было

замены. Единственной платой за жизнь и страдание оставались жизнь и

страдание. Благодаря новой эпохе в системе наказаний на смену кровной

мести приходит штраф. Переход к штрафу взамен кровной мести происходил

непросто. Первые акты подобного рода встречали нескрываемое презрение.

Принимать деньги за кровь ближнего, в особенности отца или брата, считалось

несмываемым позором.

В самое ранее время размер штрафа должен был в каждом отдельном случае

устанавливаться соглашением сторон. Многие народы сохраняли этот порядок,

не зная никакого другого. Германские правды знают уже только твердо

фиксированные суммы штрафов по всем тем видам правонарушений, которые они

упоминают. Штраф за убийство они называют вергельдом - “ценой человека”.

Салическая правда назначает штраф в римских монетах – “динариях” и

“солидах”. Убийство свободного франка искупалось уплатой 200 солидов. На

эти деньги можно было приобрести не менее 100 быков

Салическая правда назначает неодинаковые наказания за убийство

свободного мужчины, свободной женщины и свободного мальчика. В двух

последних случаях вергельд повышается в три раза. Имеется в виду женщина,

после того как она стала рожать. За убийство женщины, которая рожать не

может, назначается 200 солидов.

Обычай, предусматривавший разный вергельд в зависимости от

общественной ценности лица, таил возможность дальнейшей дифференциации по

признаку его общественного положения. А это не одно и тоже. Указанная

возможность была широко использована государством. Прежде всего, короли

стали добиваться повышенной защиты для себя и своих слуг – администрации,

дружинников, всех “верных” вообще. Реализуя соответствующий интерес,

Салическая правда устанавливает за их убийство тройной вергельд. Всякий же,

кто стоит ниже свободного франка – римлянин или полусвободный, – защищается

значительно меньшим вергельдом. Убийство раба влечет за собой лишь

возмещение его рыночной стоимости.

Необычайная детализация имеет место при оценке ранений. В некоторых

правдах предусматривается, что размер штрафа зависит от величины раны,

измеряемой в дюймах. Общим принципом является то, что за более тяжкое

повреждение следует больше платить. Большой палец правой руки ценится

дороже всякого другого, а самый дешевый – средний. Если отнято ухо,

назначается одна цена, если утерян слух – вдвое большая.

В самое древнее время судебный штраф – композиция – шел в пользу семьи

пострадавшего и его рода. С переходом судебных функций к государству

обыкновенно одна треть штрафа стала уплачиваться ему. С конца (( века

преступник был обязан платить сам. Последствия этой меры были трагическими

для простого народа. Там, где знатный и богатый откупался, крестьянин

платил головой.

2.7. Преступления и наказания

Большая часть статей в Салической правде посвящена, если использовать

современную терминологию, преступлениям и наказаниям. Под деликтом –

преступлением понимается, прежде всего, обида, вред, причинённый личности

или имуществу другого, и нарушение «королевского мира». Соответственно под

наказанием понимались возмещение, компенсация за эту обиду или вред.

Главная цель композиции, штрафа, у германцев – предотвращение прямых

боевых действий, кровной мести, дальнейшей междоусобицы, вражды между

кланами, дворами, родами и пр., возникающей вследствие «нарушения чести».

В Салической правде выделяется ряд правонарушений, приближающихся к

понятию преступления в собственном смысле слова, уже упоминаются наказания

в виде государственной кары за содеянное, например, за должностные

преступления графа, если он «осмелился взять что-нибудь сверх законного»

при взыскании долга или отказался восстановить «справедливость и

правосудие». Характерно и наказание за эти преступления – смертная казнь,

если он не смог «выкупить себя за столько, сколько следует». Содержатся в

салической правде и косвенные указания на воинские преступления, например

дезертирство. Простое оскорбление словом «дезертир» (XXX, 6) влекло за

собой штраф.

Говоря о наказаниях в Салической правде, следует отметить чётко

выявившуюся тенденцию почти полной замены штрафами всех старых наказаний

родового строя. Штраф должен был предотвратить самосуд, затяжные распри.

Некоторые статьи Салической правды прямо пресекали самосуд, например,

наказывалась попытка самовольно увести чужой скот, причинивший потраву полю

(IX, 5), отобрать своё животное у владельца без суда при «преследовании по

следу» вора (XXVII, 1) и др. Салическая правда знает и такой вид наказания,

как изгнание из общины или объявление человека вне закона (V, 2). Такому

человеку нельзя было давать пищу и приют, даже жена и родители штрафовались

за помощь ему.

Смертная казнь через повешение, колесование применялась в качестве

наказания в Салической правде в основном к рабам. Она прямо предписывалась

в редких случаях за преступления, совершённые свободными, например при

поджоге и неявке после вызова на суд без уважительных причин (XVI, 1 приб.

1), При вышеуказанных преступлениях графа и др. Коллективная

ответственность рода сохранялась наряду с коллективной ответственностью

общины.

При всех имущественных преступлениях наряду со штрафом требовалось

возмещение стоимости украденного и других убытков. О простом возмещение

убытков речь шла, в частности, при убийстве или избиении раба. Этот убыток

расценивался в 1 и 1/3 сол., если раб после побоев в течение 40 дней

оставался неработоспособным. При нанесении телесных повреждений свободному,

наряду со штрафом, преступник должен был возместить расходы на лечение.

В салической правде существовало понимание форм вины: умысла и

неосторожности, покушение на преступление, соучастия, обстоятельств,

отягчающих или смягчающих преступление. Так, при «небрежном» причинении

свободным вреда животному другого человека по Салической правде следовало

простое возмещение ущерба его хозяину. Обстоятельством же, смягчающим вину,

было здесь признание лица причинившего вред. Злой умысел, вред, причинённый

«по вражде или коварству», влекли за собой более высокий штраф.

В то же время Салическая правда знала ответственность без вины, когда,

например, наказывались «скопом» все присутствующие на месте насилия над

женщиной, если они были на месте и не знали о насилии (XIII, 10, приб. 5).

Соучастник, покушавшийся на преступление, наказывался, как правило, менее

строго, чем исполнитель преступления. Вместе с тем подстрекающий к краже

или убийству с помощью подкупа наказывался строже, чем исполнитель

преступления (XXVIII, 1-3).

Одним из обстоятельств, отягчающих преступление, было нарушение

общепризнанных понятий чести – нападение на спящего, женщину, ребёнка,

надругательство над трупом. Ограбление могилы наказывалось штрафом в 200

сол., в то время как открытое нападение на свободного франка с целью

ограбления – в 63 сол.

За убийство свободного франка по Салической правде полагался

значительный вергельд, равный 200 сол. Меньшим был вергельд за галло-

римлянина, если он не был приближённым короля. Вергельд за убийство франка,

находящегося на королевской службе, утраивался. Так, за убийство графа,

королевского должностного лица полагался вергельд, равный 600 сол. Вергельд

понижался до 300 сол., если граф был из полусвободных литов или рабов

короля.

Многократно увеличивался вергельд за жизнь королевского дружинника во

время военных походов, а также за убийство представителя духовенства. За

убийство священника уплачивался вергельд в 600 сол., за убийство епископа –

900 сол.

В Салической правде подробно перечисляются и различные виды телесных

повреждений, побоев, оскорблений словом, или действием. Штрафы за нанесение

телесных повреждений варьировались от 9 до 200 сол., 200 сол. следовало за

кастрацию человека; 100 сол. полагалось за ряд увечий, нанесённых

одновременно, и за повреждение языка, лишившее человека способности

говорить.

По Салической правде простое оскорбление свободного франка словом –

уродом, зайцем, волком, лжецом и другими обидными прозвищами наказывалось

штрафом в 3 сол., действием – в 15 сол.

В преступлениях против собственности содержится, прежде всего, длинный

ряд статей, касающихся краж различных домашних животных, воровства в поле,

в саду. При этом по Салической правде различались кражи, совершённые

свободными или рабами, со взломом, подделкой ключей или без таковых, одного

или нескольких животных. Учитывалось также, оставались ли у хозяина другие

животные, их возраст и пол, была ли, например, свинья супоросая или нет.

Вместе с тем в Салической правде устанавливались наказания и в общей

форме, в зависимости от стоимости похищенного имущества или от того, была

кража простая или квалифицированная. Соответственно различались три вида

краж: на сумму от 2 до 40 динариев, на сумму свыше 40 динариев и кража со

взломом или подделкой ключей. Для свободных во всех случаях устанавливался

штраф соответственно 15, 35 и 45 сол., рабы же присуждались в первом случае

к возмещению ущерба и 120 ударам плетью, во втором – к кастрации или

штрафу, в третьем – к смертной казни.

Салической правде были известны и такие преступления, как кража

свободных людей (XX, 9), кража рабов (XX, 10), которая приравнивалась к

краже коня или упряжного животного, поджог дома, амбара, риги, разрушение

чужого дома, поломка изгороди, самовольное использование чужой вещи.

Особую группу составляли преступления против нравственности. Сюда

относились по Салической правде такие преступления, как «насилие над

свободной девушкой», караемое штрафом в 63 сол., сожительство с ней «по её

доброй воле», караемое штрафом в 45 сол. Для сравнения можно указать, что

оскорбление женщины словами «пособница ведьмы» наказывалось почти в три

раза большим штрафом, чем насилие над ней. Раб, «причинивший насилие чужой

рабыне», после которой наступила её смерть, кастрировался или уплачивал 6

сол.1

2.8. Судебный процесс

Старинные обычаи многих народов требовали, чтобы судебное дело

возбуждалось не иначе как по заявлению потерпевшей стороны. На ней лежало

формулирование обвинения и представление обвинения и доказательств. Такой

процесс получил название обвинительного. Исключение из правил делалось

только ради таких преступлений, которые существенным образом затрагивали

общий интерес (измен, бегство с поля боя и т. д.). Виновные в этих

преступлениях наказывались по инициативе властей. Изменников, по

обыкновению, вешали, трусов топили в болоте и забрасывали хворостом.

Никакого предварительного расследования конечно не было. Судья должен

был ограничиться доказательствами, которые представляли стороны. При этом

он знал, что не может полагаться на достоверность свидетельских показаний:

что бы ни случилось, родич не станет показывать против родича, а человек,

принадлежащий к враждебному роду, говорить в пользу противника.

Когда не удавалось добиться признания – на чем сосредотачивались

основные усилия, – судьи апеллировали к богу. Так рождается ордалий – “суд

божий”, состоящий в испытании (не пытке!) соответствующей стороны в

процессе. Наиболее распространенными способами ордалия в праве германских

народов были испытания водой, железом и огнем. Салическая правда знает

ордалии с помощью котелка с кипящей водой, в которую опускалась рука

обвиняемого. Обожженная и плохо заживающая рука была

_________

1Жидков О.А. История государства и права зарубежных стран. М., 2000.

свидетельством его виновности. От испытания котелком можно было откупиться,

причём сумма выкупа зависела от суммы предполагаемого штрафа в случае

проигранного дела, но была значительно ниже, чем сам штраф. Возможность

«выкупа руки от котелка» была социальной привилегией богатого преступника.

Особой формой ордалия был судебный поединок. Он назначался во всех

тех случаях, когда ответчик обвинял истца во лжи. С возникновением

феодальных отношений поединки между лицами, принадлежавшими к

противоположным классам, стали невозможны (за редким исключением). Дворяне

дрались на конях и своим оружием, крестьяне – на дубинках.

Своеобразным видом ордалия служила клятва, выступавшая в форме

соприсяжничества: обвиняемый отрицал обвинение клятвой, но вместе с ним

должны были клясться и те, которых он приводил в качестве своих

соприсяжников. Число последних различалось в зависимости от важности дела.

Салическая правда назначает в одних случаях 6, в других 72 соприсяжника.

Соприсяжник не свидетель (нельзя ведь заранее установить число свидетелей).

В его задачу входило одно - удостоверить клятвой (присягой), что тот, кого

обвиняют, не мог совершить преступление. Если при произнесении клятвы хоть

один из соприсяжников сбивался, дело считалось проигранным.

С распадением родовых связей и ростом бедности крестьянину все труднее

становилось прибегать к рискованной помощи соприсяжников. Но тем легче это

было сделать знатному синьору, окруженными вассалами и дружиной.

Христианство прибавило к старинным испытаниям несколько новых видов: клятву

на Евангелие, на святых мощах, испытание крестом.

34) Каноническое и городское право.

ГОРОДСКОЕ ПРАВО - феодальное право средневековых городских общин. Сложилось в процессе развития городов средневековой Зап. Европы, когда развитие ремесла и торговли вызвало в городах стремление получить независимость от феодалов и короля и освободиться от действия права, не приспособленного к товарно-денежным отношениям.

В городах, получивших независимость от сеньоров, создавались свои выборные органы управления, обладавшие также судебными полномочиями (городские советы во главе с выборными старшинами — бургомистрами в Германии, консулами во Франции и др.). Судебные функции осуществлялись либо самими советами, либо коллегиями судей. В городах Германии высшие должностные лица - фохт и др. -первоначально назначались королем или феодалом. С XII в. и здесь судебная власть перешла из рук фохтов к выборным городским советам и коллегиям судей - шеффенов.

Свои привилегии, а также городские обычаи, закрепленные судебной практикой, германские города стали записывать в особые сборники Г.п. Г.п. отражало специфическое положение города в средневековом обществе. Широким распространением пользовалось, напр., Магдебургское Т.п., Любекское Г.п. С централизацией гос-ной власти, объединением законодательства Г.п. стало упраздняться. Г.п. оказало значительное влияние на нормы права феодального государства, регулирующие торговый оборот; важную роль оно сыграло и в формировании торгового, вексельного и морского права (см.: Юридический словарь. - М., 1953).

Магдебургское право (нем. Magdeburger Recht) — одна из наиболее известных систем городского права. Магдебургское право сложилось в XIII в. в немецком городе Магдебург как феодальное городское право, согласно которому экономическая деятельность, имущественные права, общественно-политическая жизнь и сословное состояние горожан регулировались собственной системой юридических норм, что соответствовало роли городов как центров производства и денежно-товарного обмена.

Источники Магдебургского права — «Саксонское зерцало» (сборник германского феодального права) и устав города Магдебурга — обычно определяли организацию ремесленного производства, торговли, порядок избрания и деятельности городского самоуправления, цеховых объединений ремесленников и купечества.

В XIII — XVIII вв. распространилось в Польше и Великом Княжестве Литовском.

Жители городов, которые получили Магдебургское право, освобождались от феодальных повинностей, от суда и власти воевод, старост и других государственных чиновников. На основе Магдебургского права в городе создавался выборный орган самоуправления — магистрат. С введением Магдебургского права отменялось действие местного права, однако допускалось применение местных обычаев, если нормы, необходимые для решения спора, не были предусмотрены Магдебургским правом.

Магдебургское право не распространялось на еврейское население, не считавшееся частью исконного населения восточноевропейских городов. Исключение составил лишь литовский город Тракай, где евреи в 1444 году получили Магдебургское право в качестве самостоятельной группы горожан.

На основе Магдебургского права в 1785 году в России была составлена Грамота на права и выгоды городам Российской империи (также известная как «Жалованная грамота городам»).

Каноническое право в Католической церкви — совокупность норм, изданных церковными властями и содержащихся в церковных канонах, то есть в правилах, относящихся к устройству церковных учреждений, взаимоотношениям церкви и государства, а также жизни членов Церкви.

Нормы канонического права обязательны для соблюдения всеми членами Церкви. Каноническое право основывается на Божественном законе, однако, в то же время, учитывает требования Богооткровенного и естественного законов применительно к данному месту и времени. В связи с этим, Кодекс канонического права, главный документ, содержащий в себе нормы канонического права регулярно переиздаётся. Кроме общего для всей церкви канонического права существует также партикулярное каноническое право, относящееся к праву отдельных церквей.

Исторически, каноническое право на Западе рассматривалось как понятие более широкое по отношению к церковному праву, поскольку каноническое право касалось не только вопросов внутренней церковной жизни, но и тех правовых норм, которые не касались церковной жизни напрямую, однако входивших в Средние века в юрисдикцию Церкви[1]. С ходом исторического развития и с сужением влияния Церкви на светские вопросы база канонического права постепенно сужалась и в настоящее время практически совпадает с базой церковного права.

Исторически каноническое право базируется на дисциплинарных нормах Древней Церкви. В XII веке в Церкви появился т. н. «Декрет Грациана» (лат. Concordia discordantium canonum, буквально «Согласование канонических расхождений»). Этот декрет систематизировал каноническое право и стал, фактически, его первым суммирующим кодексом. Сборники папских декреталий, выходившие впоследствии, дополняли этот декрет. В 1580 году Декрет Грациана и дополняющие его папские декреталии, суммарно именуемые «лат. Extravagantes», то есть «Выходящие за пределы» (Декрета Грациана) составили новый Корпус Канонического права (лат. Corpus iuris canonici)

После победы буржуазных революций в Европе роль канонического права как регулятора общественных отношений значительно снизилась, а в тех странах, в которых законодательством признано отделение церкви от государства — потеряло значение действующего светского права.

В 1917 году папа Бенедикт XV утвердил «Кодекс канонического права 1917 года», который заменил собою все прочие собрания канонических документов, упорядочив каноническое право в виде четкой системы юридических формулировок. Последняя по времени (и действующая ныне) редакция «Кодекса канонического права» (ККП) принята в 1983 году. Отдельно стоит заметить, что эта редакция действительна только для католиков латинского обряда. Восточнокатолические церкви, которые именуются также «церкви Sui iuris» (церкви своего права) пользуются в своей жизни другим сводом, а именно Кодексом канонов Восточных церквей (ККВЦ), который базируется на ККП латинского обряда, однако, в то же время учитывает особенности церковной жизни Восточных церквей и устанавливает общие нормы, которые каждая Восточная церковь имеет возможность наполнять конкретным содержанием соответственно своим церковным традициям.

Современное каноническое право регулирует вопросы, касающиеся:

церковного правотворчества,

прав и обязанностей членов церкви,

иерархии церкви,

канонов совершения таинств,

управления церковным имуществом,

церковной дисциплины и т.д.

35) Рецепция и разработка римского права в странах Западной Европы.

Рецепция римского права, усвоение римского права странами Западной Европы в средние века. Ещё в раннефеодальных монархиях, образовавшихся на развалинах Западной Римской империи, сохранились элементы римской правовой культуры и законодательства, а для галло-римского населения создавались специальные сборники римского права, наибольшую известность из которых получил lex Romana Wisigothorum (breviarum Alarcianum), составленный в начале 6 в. при короле вестготов Аларихе II. Эти сборники вплоть до 11 в. оказывали заметное влияние на развитие феодального права Франции и других стран Западной Европы. Широкая Рецепция римского права началась в 12 в. и достигла кульминации в 15—16 вв. В основе процесса возрождения римского права лежало развитие в недрах феодального общества буржуазных связей и отношений, поскольку оно отличалось «... непревзойденной по точности разработкой всех существенных правовых отношений простых товаровладельцев...» (Энгельс Ф., см. Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., 2 изд., т. 21, с. 311) и содержало в себе готовые формы регулирования имущественного оборота, которых не имелось в феодальном праве. Восприятие римского права способствовало преодолению партикуляризма права, отражало стремление нарождавшейся буржуазии к созданию единого национального правового порядка. Рассчитывая укрепить господство над крестьянами, Рецепция римского права поддержали феодальные круги; королевская власть нашла в нём юридические формулы (особенно из римского государственного права императорского периода), обосновывавшие политику централизации и абсолютизма. Распространению римского права способствовала также католическая церковь; большую роль в этом сыграли глоссаторы и особенно постглоссаторы, не только преподававшие классическое римское право, но и обработавшие его применительно к условиям феодального общества. Особенно глубокие последствия имела Рецепция римского права в Германии, где оно в несколько модифицированном виде (пандектное право) действовало вплоть до 19 в.

Такое распространение римского права в средневековой Европе подготовило почву для воспроизведения многих его конструкций в основных кодификациях буржуазного гражданского права (Французский гражданский кодекс 1804, Германское гражданское уложение 1896 и др.).

36) Государственный и общественный строй Франции в период феодальной раздробленности.

В период феодальной раздробленности (IX - XIII вв.) номинальное единое королевство фактически делилось на многие почти независимые феодальные владения, причем в XI в. дробление продолжалось также внутри отдельных герцогств и графств.

Складывание двух основных классов феодального общества - сеньоров и зависимого крестьянства - в целом завершилось к X в. К этому времени сеньоры-бенефициарии добились превращения бенефиция из пожизненного пожалования в наследственную феодальную собственность - феод. Оформилась феодальная иерархия, возглавляемая королем, с характерной для нее системой вассалитета. Отношения вассалитета покоились на иерархической структуре земельной собственности: номинально верховным собственником всей земли в государстве считался король - верховный сеньор, или сюзерен, а крупные феодалы, получая от него земли, становились его вассалами. Они, в свою очередь, также имели вассалов, более мелких феодалов, которым жаловали земельные владения. Эта лестница состояла из следующих ступеней:

на ее верху стоял король - сюзерен;

далее - пэры, то есть "равные королю", герцоги и графы;

вассалы и подвассалы разных ступеней - арьер-вассалы;

в самом низу - простые рыцари, шевалье, своих вассалов не имевшие. Зависимое крестьянство составляли сервы и вилланы. Первоначально положение сервов было еше близко к позднсантично-му рабству - часть сервов использовалась в качестве безземельных дворовых работников, часть была посажена на мелкие земельные наделы. Сервы наследственно подчинялись судебно-административной власти одного и того же сеньора, уплачивали ему поголовную (подушную) подать и оброк, исполняли барщину и были ограничены в следующих своих гражданских и хозяйственных правах:

право перехода из сеньории в сеньорию;

право отчуждения земельного держания;

право свободы наследования;

право выбора брачной партии.

Для вилланов, которые считались лично свободными держателями земли, принадлежавшей феодалу, характерны отсутствие наследственных личных повинностей (их повинности раскладывались не на личность, а на земельный надел), более широкие возможности отчуждения земельного держания, а также переселения в другую вотчину, на свободные земли или в город.

Развитие сельского хозяйства, отделение от него ремесла и рост населения способствовали начиная с X в. возникновению новых и возрождению старых римских городов как центров ремесла и торговли, хотя правовое положение горожан еще мало отличалось от положения остальных феодально зависимых людей.

3. В период феодальной раздробленности король, номинальный глава государства, избирался крупными землевладельцами - вассалами короля и высшими иерархами церкви.

В органах центрального управления дворцово-вотчинная система уживалась с управлением, основанным на вассальных отношениях:

дворцовую систему, как и прежде, представляли министериалы (сене-шал - глава королевского двора, коннетабль, королевский казначей, канцлер);

управление, основанное на вассальных отношениях, осуществлялось в виде съезда крупнейших феодалов страны, называемого Королевской курией или Великим советом.

Местное управление характеризуется тем, что власть короля признавалась только в его собственном домене, а в земельных владениях крупных феодалов были свои системы местного управления.

В судебной системе при сеньориальной монархии действовала сеньориальная юстиция - судебную власть между собой делили сеньоры, причем объем их судебных правомочий определялся ступенью иерархической лестницы, на которой они находились.

Армия состояла из рыцарского ополчения вассалов, исполнявших военную службу, которой они были обязаны сеньорам. Во время войн созывалось народное ополчение.

Сословно-представительная монархия во Франции

Образование сословно-представительной монархии

1.1 Общие принципы

Прежде чем перейти к окончательному раскрытию темы я хотела бы дать общее понятие сословно-представительной монархии. Большая советская энциклопедия дает следующее определение: сословно-представительная монархия, или как ее еще называют сословная монархия, - это форма феодального государства, при которой наряду с относительно сильной королевской властью, концентрирующей в своих руках все нити управления, существует сословно-представительное собрание, обладающее совещательными, финансовыми (разрешение налогов), а иногда и некоторыми законодательными функциями. Сословно-представительная монархия была обычной формой феодального государства в большинстве стран Европы в период расцвета феодализма, (в Англии, в Испании в XIII-XV вв., Франции XIV-XV вв., в Венгрии, Чехии в XIV-XVII вв., в Польше XV-XVII вв., в Дании в XIV-XVII вв., в Русском централизованном государстве в XVI-XVII вв.).1

Предпосылки для возникновения сословной монархии как относительно централизованной формы государства (по сравнению с государствами периода феодальной раздробленности) создавались развитием городов, начавшимся складыванием внутреннего рынка, обострением классовой борьбы в связи с усилением феодальной эксплуатации крестьянства. Главную опору сословной монархии составляли низшие и средние слои феодального класса, нуждавшиеся в сильном централизованном аппарате для укрепления своей власти над крестьянством. Сословную монархию поддерживали горожане, которые стремились к ликвидации феодальной раздробленности и к обеспечению безопасности торговых путей – условий, необходимых для развития внутреннего рынка. Процесс государственной централизации в этот период был прогрессивен, так как он облегчал древнейшее экономическое развитие феодального общества. Централизация феодального государства при сословной монархии выражалось в концентрации в руках короля его аппарата судебной и военной власти в ущерб политической самостоятельности крупных феодалов, в развитие общегосударственного законодательства и налогообложения, в росте и осложнении государственного аппарата. Централизованное государство требовало значительных денежных средств, обязательной предпосылкой получения которых (в форме государственных налогов) было распространение денежной формы феодальной ренты. Однако центральная власть была не в состоянии непосредственно, минуя согласие феодалов и государственных советов, получить эти средства с основной массы налогоплательщиков – крестьянства и горожан. С этим было связано возникновение в большинстве стран Европы сословно-представительных собраний общегосударственного масштаба, завершавшее процесс формирования сословной монархии в каждой стране: Генеральных штатов – во Франции; парламента – в Англии; кортесов – в Испании; риксдага – в Швеции; имперского сейма – в Германии; сеймов – в Польше, Чехии и Венгрии; земских соборов – в Русском государстве.

Становление сословной монархии во Франции

Процессу централизации во Франции и оформление сословной монархии, как и повсюду в Европе, предшествовал довольно длительный период значительного ослабления центральной власти, которая в борьбе с земельными собственниками ранее шедшие с переменным успехом, уступила последним, не будучи в состоянии не удержать власть над ними, ни обеспечить внеэкономическое принуждение по отношению к попавшему в феодальную зависимость крестьянству. Эту задачу почти целиком взял на себя класс феодалов, особенно в лице его наиболее крупных представителей.

С развитием феодальных отношений и глубинными изменениями феодальной формации в период ее рассвета мог либо упрочится локальный суверенитет, либо побеждала в условиях централизации королевская власть. Из двух вариантов политического развития, которое узнала средневековая Европа, Франция, дала блестящий пример последнего. На начальных этапах процесса централизации во Франции королевская власть находилась в крайне затруднительных условиях, преходящего характера. Среди них следует назвать ограниченные материальные возможности правящей династии и компактную структуру земельных владений крупных феодалов, создающие наиболее благоприятные условия для политической автономии. Домен Капетингов представлял собой сравнительно небольшую полоску земли по Сене и Луаре, тянущуюся от Компьена до Орлеана и стиснутую со всех сторон феодальными княжествами – герцогствами Нормандия, Бургундия, Бретань, графством Шампань, - во много раз превосходившие по своим размерам ее территорию еще в XII веке.1

Специфика вассальной системы во Франции с ее принципом, согласно которому король должен был рассчитывать лишь на помощь непосредственных вассалов, а также отсутствие дополнительных социальных ресурсов существенно ограничивали ее возможность. Королевская власть имела выборный характер. Местные династии на юге страны, как, например, герцоги Аквитанские, не признавали Капетингов. Экономическое и социально-политическое своеобразие юга и севера страны, подкрепленная наличием двух народностей, усугубляло политическую раздробленность. Тем не менее, процесс государственной централизации самым убедительным образом реализовался во Франции благодаря решающим для него факторам, которые возникли в ходе развития основной феодальной формации и имели, таким образом, общий характер.2

Из них определяющее значение имело возникновение и развитие городов и товарно-денежных отношений – этой сущностной особенности феодальной структуры, начиная с эпохи рассвета.

Сословное деление являлось своеобразным делением в сфере надстройки корпоративного характера собственности, не свободной от ограничений политическо-юридического характера. Для индивида обладание юридическим статусом и реализация связанных с ним прав и обязанностей определялись его принадлежн6остей к сословию и, следовательно, носили ограничительный характер.1

Само же приобретение юридического статуса той или иной общественной группы являлось логическим закреплением ее социально-экономического статуса, который характеризовался определенной функцией и специфическим отношением к средствам производства и орудием труда.

На этапе феодализма, и особенно в условиях централизации, наблюдается процесс оформления и постепенной консолидации сословий, а также рост их политической активности. Социальные коллективы утверждали свои права и привилегии в хартиях – процесс, который постепенно привел к выработке общественных требований в начале в рамках отдельных провинций, затем государства. В качестве социальной черты феодализма сословное деление в свою очередь подчеркивало неразрывную связь феодальной собственности с полной властью и значительное влияние этой собственности на социальную структуру общества.

Полная автономия сословий имела договорную юридическую базу и, предполагает их право на диалог и соглашение с монархией, ставило существенные ограничения к притязаниям королевской власти. Государь мог помощью легестов объявить и пытаться применить в своей внутренней политике формулу римского права «Quod principi plasuit, legis habet rigorem» – что угодно государю имеет силу закона. Однако на данном этапе государственности формула была лишена реального содержания. Отсутствовали система постоянных налогов, постоянная армия, достаточно действенный исполнительный аппарат; требовались согласие и помощь сословий на крупные государственные внутренние и внешние акции.

Не всякая общественная группа, располагавшая юридическими привилегиями, приобретала статус сословия, подобно тому, как монархи с общественными силами страны имели самые разнообразные формы – от частных консультаций и частного договора повседневного характера до самой яркой формы диалога – сословно-представительного учреждения на местном провинциальном и общегосударственном уровнях. Участие в нем институционально завершало процесс сословного оформления.2

Оценка сословной монархии как особого этапа в развитии феодальной государственности, не может быть сведена к вопросу о судьбах и особенностях сословного представительства. Учитывая важность в этой характеристике факта оформления и развития сословий, можно утверждать что термин «сословная монархия» также имеет право на существование, хотя принятое советской медиевистике определение «феодальная монархия с сословным представительством» точнее передает классовую сущность этой государственной формы. И хотя сословно-представительное учреждение составляло наиболее характерный признак данной формы государственности, его судьба, как и судьба государства, зависела от степени консолидации и активности сословий, от их позиции по отношению к центральной власти.1

Налоговый гнет, губительная монетная политика, дающая лишь временные облегчения для казны, в обстановке продовольственных трудностей и военные неудачи во Фландрии серьезно ухудшили положение в стране. Но было бы глубоко неверным полагать, что все сословия в этой ситуации находились в одинаковом положении. Процесс государственной централизации, будучи в целом прогрессивным, сохранял свой феодальный классовый характер. Сопровождаемый неизбежными потерями части привилегий и доходов феодалов, он тем не менее вел к укреплению государства, как орудия их классового господства, осуществлялся главным образом за счет народных масс города и деревни.

Одной из многочисленных причин обострения классовой борьбы крестьян в это время был неуклонный рост государственных налогов, которым сопровождался процесс централизации страны. Ярко выраженный классовый характер носили акции королевской власти по освобождению крепостных крестьян своего домена. Стимуляция в известной мере процесс личного освобождения в общегосударственном масштабе, эти акции тем не менее являлись финансовой операцией, выгодной для короля и дорогостоящей для крепостных крестьян.1

Что касается обстановки в городах, то именно налоговая политика государства отчетливо выявила ту роль подчиненного, какую играли города в их союзе с королевской властью. Союз короля с городами никогда не был бескорыстным; ибо служил задачам усиления центральной власти. Кроме того, города служили для короля и источником финансовой помощи. Ухудшив налоговой политикой состояние финансовой и социальной обстановки в городах, королевская власть использовало эту обстановку для того, чтобы подчинить коммунальное управление своей власти и даже ликвидировать коммунальные вольности.

Волнения и недовольства крестьян и городского населения создавали тревожную обстановку в стране. Не случайно во всех ордонансах настойчиво повторялась мысль о том, что правительство стремится обеспечить мир и спокойствие в государстве, благо для всех подданных.

Недовольство сословий правительственной политикой приобрело общегосударственный масштаб в период борьбы с папством. Противоречия между королевской властью и духовенством Франции неизбежно перерастали рамки отношений чисто внутренних, поскольку церковь страны имело верховную «интернациональную» власть в лице Римского первосвященника. В течение трех веков Капетинги избегали борьбы с папством. Подобное поведение объяснялось слабостью королевской власти, которая в своем стремлении к усилению нуждалось в поддержке церкви, освящавшей ее авторитет.

Резкое усиление королевской власти и вызванное этим обострение противоречий ее сословиями, стали отчетливо прослеживаемые во внутренней жизни страны конца XIII - начала XIV в. красноречиво свидетельствует об исторической закономерности и неизбежности появления Генеральных штатов именно на данной стадии развития французского общества. Степень централизации страны характеризуемая определенной самостоятельностью сословий при феодализме, порождала препятствия королевской власти в ее стремлениях к высшему суверенитету. Беря на себя решения общегосударственных задач, связанных к тому же с нарушением привычных, феодальных норм взаимоотношений, королевская власть могла преодолеть эти барьеры только с согласия сословий, ибо она не располагала еще собственными силами, достаточными для реализации своей политики.

Политическая активность сословий убедительно проявилась в работе местных и провинциальных собраний, появившихся задолго до генеральных штатов, на этапе «провинциальной» централизации. Ассамблеи баронов, рыцарей и консулов в графствах Агкенэ, Керси, сеншенельствах Тулузы, Каркассона и Бонера уже известны с средины XIII в.

К концу XIII в. сформировались штаты Прованса и Фландрии. Нормальное функционирование ассамблей в таких областях как Дофине, Бигор, Бургундия, Бретань, Беарн, Аквитания, Арманьян, как и региональных штатов Лангедона, исследователи относят только к XIV–XV вв.1

Анализ социально-политического развития Франции в конце XIII–начале XIV в. не только обнаруживает закономерность появления общегосударственного органа сословного представительства, но и объясняет инициативу королевской власти в его созыве. Активность сословий в этом плане помешал сепаратизм провинций, нашедший яркое воплощение в провинциальных хартиях 1314-1315 г.

Сепаратизм провинций перерастал в социальную проблему, замедляя процесс консолидации сословий в рамках всей страны.

Не менее важной причиной являлось расстановка социальных сил в стране. Социальная рознь двух привилегированных сословий с горожанами, имевшая глубокие корни в особенностях социально-экономического развития французского феодального общества и усугубленная коммунальным движением, делала возможным лишь кратковременным союз между ними. Эту рознь уравновешивал традиционный, взаимовыгодный союз городов с королевской властью, не раз испытанный. В конечном счете именно этот союз восторжествовал в движении 1314-1315 гг., несмотря на чрезвычайно жестокую налоговую политику короля, союз победил именно потому, что отвечал объективным потребностям прогрессивного процесса централизации страны, мог обеспечить развитие городов и сословий горожан.

Все эти важные особенности социально-экономического и политического развития Франции во многом определяли и дальнейшую судьбу Генеральных штатов.1

3.1 Форма созыва и условия представительства сословий. Характер выборов. Разнородность представительных собраний в начале XIV века.

Документы 1302-1308 гг. отражают организационную неоформленность органа сословного представительства, непрерывные изменения в политике королевской власти по отношению к представительным собраниям, свидетельствуя о том, что правительство не выбрало еще определенных принципов организации ассамблей.

За короткий промежуток времени, с 1302-1308 г. только по церковным вопросам было созвано несколько собраний, которые не являлись однородными. Так, в апреле 1302 г. король пригласил представителей трех сословий.

В марте 1303 г. собрание было менее многочисленным, причем на нем присутствовали представители только первого и второго сословий. В июле 1303 г. король вновь пытался созвать ассамблею в Париже, затем отказался от этой мысли и прибегнул к иной тактике – посылает комиссаров на провинциальные собрания в ряде провинций. На собраниях в Монпелье, Каркас Соне опять представлены три сословия. Наконец, в 1308 г. (г. Тур) были созваны Генеральные штаты.

Помимо собраний на которых обсуждались вопросы взаимоотношений королевской власти и папы, в указанное время да и несколько позже, происходили совещания, созываемые по причинам другого рода. Оснований назвать их Генеральными штатами нет, поскольку некоторые из них не являлись общесословными собраниями; отсутствуют данные и о наличии выборного представительства. На этих совещаниях скорее напоминающих поздние собрания нотаблей, король все «сепаратные» переговоры с отдельными сословиям, вызывая для этого угодных ему людей, руководствуясь соображениями государственной необходимости.1

В 1308-1309 гг. король ведет переговоры с представителями сословий (в том числе и горожанами) некоторых провинций (Кейси, Сентонж, Нормандии) по вопросу о взимании налога эд в связи с браком ее дочери Изабеллы.

Ассамблеи представителей отдельных сословий по налоговым и монетным делам подготовили генеральную ассамблею 1314 г, на которой Генеральные штаты обрели свое основное назначение вотирование налогов.

Таким образом возникновение общесословного общегосударственного представительного учреждения не означало прекращение практики «расширенных» собраний Королевского совета, характерных для предшествующего периода. Документы ассамблей антипапской компании (1302-1308) свидетельствует также об отсутствии определенной формы созыва и четких условий представительства депутатов.

Как правило все три сословия созывались побальяжем. Высшее духовенство (архиепископы, епископы, аббаты, приоры) и крупные светские феодалы должны были лично присутствовать на ассамблеях. Капитулы церквей и конвенты монастырей, как и общины городов посылали по 2-3 депутата обладавших всей полнотой власти. Правительство не располагало точным списком лиц, аббатов, городов и местерях, вызываемых на ассамблею, а в известной мере полагалось на инициативу местных чиновников***.

Организация выборов в духовенство была относительно четкой, очевидно, по причине организованности самого сословия, порожденное церковной иерархией. Анализ грамот, исходящих от капитулов церквей и конвентов монастырей показывает, что в ряде случаев депутаты прямо назначались аббатом или приором монастыря. Часты однако случаи выборов депутатов на общем собрании монастыря, которое созывалось по звуку колокола. Очевидно, и в этом случае при выборах решающим бывало мнение настоятеля монастыря. Согласно форме созыва, на ассамблеях аббаты и приоры монастырей должны были присутствовать лично, аббатисы посылали депутатов. Однако аббаты и приоры, как правило ограничивались тем, что посылали депутата избранного на собрании монастыря в их присутствии.

Выборы и условия представительства депутатов от дворянства оставляют впечатления особой неопределенности. В письмах – вызовах направленных от имени короля, условия представительства дворянства вообще не оговариваются. Можно полагать, что второе сословие было представлено главным образом крупными феодалами, присутствующими на заседании Генеральных штатов**** по личному вызову. Не исключено, однако, что какая-то часть средних и мелких феодалов, с которыми король имел прямую связь, могла присутствовать на генеральных ассамблеях, но опять таки по личному праву, а не на условиях выборности.1

У горожан также отсутствовали четкие нормы представительства. Правительственные выборы ничего не говорят о том, как должны были проводится выборы в городах. В большой группе грамот выбор депутатов осуществляется должностными лицами города: мэром, эшевенами, консулами. Значительная группа источников отразила реальные выборы депутатов. Среди них прежде всего следует выделить те документы, где речь идет о выборе всей общины: сообщается, что в определенный день по звуку колоколу или призыву глашатая по городскому обычаю, в определенном месте собиралась вся община или большая ее часть которая и «устанавливала» депутатов. Однако процедура избрания при этом остается не ясной. В грамотах иногда подчеркивается, что выборы проходили единодушно или что в выборах принимало участие не только население города но и округи. Однако присутствие «всех» жителей города еще не означало всеобщего участия, во всяком случае равного для каждого из жителей. Более того, в некоторых грамотах прямо говорится об ограничениях избирательного права в пользу какой-то части населения. В документах можно найти разъяснения, что подразумевается под выражением «вся община или большая ее часть», - это лучшая и наиболее здравая часть общины.

Анализ грамот городов свидетельствует, во первых, об отсутствии правительственных норм по определению способов избрания депутатов от горожан и о полной самодеятельности городов в этом вопросе; во вторых, - о наличии в Генеральных штатах исследуемого периода определенной прослойки городских депутатов, уполномоченных на представительство не в результате выборов а только решением городских властей.

Налоги

Королевский адвокат Жан Лекок, отстаивая идею политического могущества монарха, сформулировал положение об исключительном и монопольном праве короля взимать налог (субсидии) со всех жителей королевства без чьего бы то ни было согласия и независимо от того, являются ли жители его прямыми или непрямыми подданными. Однако в столь категорической форме и для того времени утверждение Лекока отражало притязания центральной власти, а не ее реальной возможности. В своей политике ей приходилось считаться с распространенным в общественном мнении XIV и даже XV в. правилом, согласно которому государь должен был существовать на «свое», то есть на ресурсы домена.

Усложнявшийся процесс централизации страны, структура государственного управления, потребности внутренней и внешней политики уже с конца XIII в. и особенно в XIV в. обнаружили недостаточность домениальных, или, как их называли, ординарных доходов, побуждал короля обратиться к кошелькам своих подданных всего королевства. В то время всякий побор, сверх положенного обычаем, в том числе вассальным правом, рассматривался как экстраординарный побор, в необходимости или целесообразности которого следовало убедить общественные силы, располагавшие денежными средствами. Тем не менее финансовая проблема была решена в пользу монархии к середине XV в. созданием системы постоянных налогов, подразделявшихся на косвенные эд и габель, на продажу товаров и соли (aides et gabelle) и прямой налог – талью (taille).1

Право короля на налоговое обложение в XV в. не выглядело столь безусловно, как этого хотели защитники его суверенитета. Налоги сохранили свое название экстраординарных, но были тем не менее признаны самостоятельной частью доходов государства, организованных «по королевскому распоряжению».

Оформление системы постоянных налогов было важнейшей составляющей длительного и сложного процесса становления и развития сословной монархии во Франции. Оно отразило. в частности, в материальной и поэтому наиболее выразительной форме изменения в природе королевской власти постепенно обретавшей публично-правовой характер, что основывалось на (оформлении) выполнении ею функций гаранта общественного порядка. Вместе с тем именно налоговая система, отвечая на два наиболее существенных для понимания ее природы вопроса – кто платит и куда идут аккумулируемые государством доходы, - также убедительно обнажала истинное содержание формул об общественном благе и общей пользе, которые уже с XIII в. предлагала политическая мысль и которые так охотно использовала монархия в своей налоговой политике.

Что касается собственно налогов, то государство рано начинает взимать прямые и косвенные налоги. Их форма не определена, размеры варьируются: вначале они не сосуществуют, но сменяют друг друга, тем более, что имеют временный характер.

Косвенные налоги, начиная с Филиппа IV, представляли собой побор с продаваемых товаров в 1,6,8 – 9 и даже 12 денье с ливра, который брался иногда и с продавца, и с покупателя.***** Особую статью составляли таможенные сборы, которые формировали монополию на экспорт. Начиная с 1315 г. правительство делает первые шаги на производство и продажу соли. Согласно актам от 10 марта 1341 г. и 20 марта 1343 г., соль должна была храниться на королевских складах, а при продаже ее брался налог в 1/5 цены в пользу короля. Этот налог, введенный как временная мера (и не по всей стране), стал с конца XIV в., по существу, постоянным и наиболее тяжелым из косвенных налогов.

Прямые налоги прошли более сложный путь развития и имели следующие формы: поборы с имущества в 1/100, 1/50, 1/25 его стоимости или суммы дохода.

38) Абсолютная монархия во Франции

Хотя установление абсолютной монархии во Франции связано, главным образом, с именами кардинала Ришелье и короля Людовика XIV, нельзя сказать, что она была их творением. Они только достроили то здание, которое постепенно возводилось в течение нескольких столетий. Рост королевской власти во Франции самым тесным образом связан с постепенным территориальным и национальным объединением страны после Столетней войны. Причем объединение обособленных первоначально феодальных территорий в королевский домен способствовало естественным образом и сплочению национальному; и то, и другое вместе способствовали упрочению королевской власти. Объединенная в руках короля Франция давала прочную реальную опору королевскому могуществу и тем самым обеспечила процесс дефеодализации королевской власти, то есть процесс постепенного ее отрыва от средневековых феодальных основ и утверждения ее на новых, государственно-правовых началах.

Исходным пунктом этого процесса во Франции, как и всюду, является возрождение римского права с сопутствующей ему идейной реставрацией неограниченной власти государя. Итальянское возрождение римского права скоро нашло отголоски во Франции уже при Филиппе Августе (годы правления 1180-1223), Людовике IX Святом (1226-1270) и при Филиппе IV Красивом (1285-1314). Про короля начинают говорить, что он — живой закон. С конца XVI века наступает новый подъем королевской власти, и вместе с тем наблюдается решительный поворот в области политических идей, выразителем которых стал один из замечательных мыслителей своего века Жан Боден (1530-1596). В своем сочинении «О республике» (1576 год) он возвращается к римскому пониманию государства и власти. Сущность государства, по его представлению, заключается в верховной власти, которая обладает тремя главными атрибутами: постоянством, неограниченностью и единством. Она постоянна, потому что всякая временная власть не может быть верховной. Не верховная она, если ограничена какими-либо условиями. Она едина, значит, не может быть поделена, например, между монархом и народным представительством.

Другим существенным фактором процесса была постепенная победа принципа наследственности над принципом избирательности в порядке передачи королевской короны. Родоначальником первой царствующей династии во Франции стал Гуго Капет, избранный на престол в 987 году. Нужно заметить, что избиравшие его феодальные сеньоры отнюдь не собирались отказываться от права выбирать себе королей и впредь, но делать им этого больше не пришлось: королевская корона из избирательной превратилась в наследственную. Случилось это благодаря целой совокупности обстоятельств, из которых наиболее существенную роль играли: 1) непрерывность мужской линии капетингской фамилии в течение трех с половиной столетий (987-1328 гг.); 2) общая тенденция к наследственности всякого рода государственных должностей; 3) дальновидная политика самих капетингских королей, которые искусно умели пользоваться обоими отмеченными обстоятельствами в целях упрочения положения своей династии.

При наличии первых двух обстоятельств каждому из королей не стоило особенного труда склонить феодалов к «избранию» своего старшего сына на престол в качестве предполагаемого наследника. Вплоть до коронации Филиппа Августа монархи систематически заручались таким предварительным избранием. Начиная с Филиппа II Августа такая практика прекращается: она становится излишней формальностью. В силу длинного ряда прецедентов факт успел уже приобрести значение права.

Благодаря окончательно утвердившемуся принципу наследственности короны, с одной стороны, и благодаря территориальному усилению короля — с другой, при Филиппе Августе французская монархия делает решительный шаг к фактическому отделению королевской власти от ее первоначальных феодально-правовых основ. Характерен в этом отношении следующий эпизод. Филипп Август присоединил к своему домену графство Амьенское и в силу феодального обычая принял титул графа Амьенского. Но графы Амьенские состояли в вассальных отношениях к епископам Амьенским. Становясь графом Амьенским, Филипп Август делался в силу феодального права вассалом епископа Амьенского, которому как своему сюзерену должен был принести присягу верности. Поэтому закон был на стороне епископа, когда тот потребовал такой присяги. «Я не могу, я не должен никому давать присяги», — ответил Филипп. По какому праву он отказался от исполнения одного из категорических предписаний феодального права? Ответ может быть только один: по праву короля. Так рядом с ветхим зданием феодального права корона воздвигает новое здание, здание права королевского.

К началу XVI века завершается территориальное собирание Франции и вместе с ним заканчивается государственно-правовой процесс дефеодализации королевской власти. Франциск I (годы правления 1515-1547) представляет собой уже государя в новом смысле. Он — государь Божьей милостью, управляющий государством посредством чиновников, командующий всеми вооружёнными силами королевства, держащий в своих руках верховную судебную и законодательную власть и не знающий никаких правовых ограничений своей власти. Одним словом, он — государь и государь абсолютный. Не существует более никакой власти в государстве, которая могла бы конкурировать с короной. С этого момента абсолютизм представляет собой совершившийся факт. Сам парижский парламент, который столетие спустя сделается ярым антагонистом короны, провозгласил во всеуслышание неограниченность королевской власти в качестве одного из основных начал государственного строя Франции. «Мы хорошо знаем, — говорил, обращаясь к Франциску, от имени парламента его президент, — мы хорошо знаем, что Вы выше законов, и ордонансы не имеют для Вас принудительной силы». Сравнивая современную им эпоху с ещё недавним прошлым, старые вельможи меланхолически вздыхали: когда-то наши короли именовались "короли над свободными людьми", теперь им следовало бы именоваться "короли над рабами".

Свои идеи и представления о королевской власти Генрих IV активно проводил на практике. Начать с того, что вопреки многочисленным прецедентам, он по вступлении на престол не счёл нужным созывать Генеральные штаты, а ограничился лишь созывом именитых граждан в Руане в 1596 году для простого „совещания“. Не особенно щадил Генрих и муниципальные вольности городов, замещая при случае выборные городские должности по своему усмотрению. Нельзя сказать также, чтобы он относился с неизменным уважением к традиционной независимости суда, не отступая при случае перед личным вмешательством в дело правосудия, что, впрочем, не противоречило тогдашним правовым понятиям, по которым король был главным судьей в королевстве. Не особенно церемонился новый монарх и с вольностями церкви, назначая, где нужно, епископов по своему усмотрению, и не стесняясь каноническими правилами. Одним словом, Генрих IV ведет себя совершенно, как абсолютный государь, и во все продолжение своего царствования ни разу не созывает Генеральных штатов. Единственная ограниченность королевского абсолютизма заключается в личной умеренности и такте самого короля, считавшего за правило, что „король не должен делать всего, что может“.

Получив раз известие, что в Шампани крестьяне подвергаются грабежам со стороны королевских солдат, Генрих немедленно отправил туда гонцов с приказом "водворить порядок", дав им следующие наставления: "Если разорять мой народ, кто будет меня кормить? кто будет нести государственные повинности? кто будет оплачивать ваше жалование и пенсии? Боже сохрани! Кто обижает мой народ, тот меня обижает!" Не довольствуясь только мерами охранения, Генрих IV принимает ряд мер, направленных на поощрение развития сельского хозяйства: разрешается свободная торговля хлебом внутри королевства и свободный вывоз его за границу; за счет королевской казны осушаются болота; принимаются меры по охране лесов от истребления и так далее. И если не сбылось буквальным образом приписываемое Генриху пожелание, чтобы "у каждого крестьянина по воскресеньям была курица в супе", то, во всяком случае, благожелательные меры этого монарха не остались без положительных результатов.

Наконец, внешняя торговля также не ускользает от внимания Генриха. Открытие Америки и морского пути в Индию разом широко раздвинуло рамки международной торговли. Заслуживает быть отмеченным тот факт, что при Генрихе IV Франция впервые становится колониальной державой. Первая колония, основанная при нем в Северной Америке (Канаде), получила название Новой Франции. Тогда же были сделаны первые попытки основать французскую колонию в Гвиане, осуществленные, правда, лишь при Ришелье. Результатом хозяйственной политики Генриха IV было упорядочение финансов, уменьшение налогового бремени (кстати, с тех пор податная тяжесть во Франции никогда не уменьшалась) и подъем народного благосостояния. Генрих IV был последним из французских королей, который оставил своему преемнику запасной фонд, последующие монархи неизменно завещали своим преемникам долги, размеры которых увеличивались с каждым царствованием.

Генриха IV уже можно назвать абсолютным монархом. Но абсолютизм этот был слишком тесно связан с личностью самого монарха и с конкретными условиями исторического момента. Ему по-прежнему недоставало сколько-нибудь прочной организации: у королевской власти не было постоянных и послушных органов. Выполнение этой задачи во французской истории связано, главным образом, с двумя именами: кардинала Ришелье и короля Людовика XIV. Слабость монархической организации обнаружилась тотчас после смерти Генриха IV, когда власть за малолетством Людовика XIII оказалась в слабых руках к тому же недалекой женщины Марии Медичи, объявленной опекуншей своего малолетнего сына. Все, что скрепя сердце, преклонялось перед мощью Генриха IV, снова подняло голову.

Феодальная знать в XVI-XVII веках представляла собой элемент хронического мятежа. По своим сословным традициям класс этот был живым отрицанием всякого государственного порядка. Именно поэтому Ришелье, сокрушая дворянство как политическую силу, был далек от мысли подкапываться под его социально-экономическое положение как привилегированного сословия. Для кардинала Ришелье, у которого на первом плане стояли государственные интересы, заключавшиеся в водворении внутреннего порядка, важно было реформировать дворянство, поскольку оно являлось противогосударственной силой. Поэтому первым делом Ришелье после того, как он получил в 1524 году властное положение, было сломить господствовавший во дворянстве дух своеволия и приучить его к повиновению государственной власти. Последовал ряд суровых мер: нескольким мятежным магнатам пришлось сложить свои головы на плахе, другие были вынуждены доживать свой век в мрачных казематах Бастилии. Затем, в 1626 году по его инициативе вышел королевский эдикт, предписывавший „сравнять с землёй все укреплённые замки, не находящиеся вблизи границ“. Снос замков имел значение не столько фактического, сколько символического сокрушения феодальной знати. Наконец, по инициативе Ришелье был издан указ короля, запрещающий дуэли под страхом смертной казни. Массовые поединки носили все признаки частной войны, в которой ежедневно гибли десятки дворян. Но запрещенная дуэль приобрела лишь новую привлекательность из-за связанного с ней риска, поэтому указ не принёс желаемого результата.

С утратой былого политического значения французское дворянство не теряет своего привилегированного положения в социально-экономическом отношении. Так, за дворянским сословием было сохранено право не платить королевской подати, хотя в это время оно фактически уже не несло на себе тяжести воинской повинности, которой ранее оправдывалась эта привилегия. Нетронутым остался и сеньориальный суд, приносивший феодалам материальные выгоды. Парламент, неохотно сносивший повелительный тон Генриха точно также поднял голову, как только последний навеки закрыл глаза. Вследствие малолетства наследника престола, на долю парижского парламента выпала важная политическая миссия — назначить опеку над королем. Таким образом, правительница Мария Медичи в качестве опекунши была ставленницей парламента. Но прошло немного времени, и Ришелье пишет членам этого представительного органа: „У вас нет иной власти, кроме той, которая вам дана королем“. Парламенту было решительно поставлено на вид, что его полномочия исчерпываются вопросами правосудия. На этом основании парламенту от имени короля предписывалось все эдикты, касающиеся правительства и администрации, вписывать в свои реестры без дальнейших формальностей. Таким образом, с первой половины XVII века парламент, ставший фактически единственной преградой абсолютизму, был значительно ограничен в своих действиях.

Это была та сторона внутренней политики Ришелье, которую можно назвать отрицательной, поскольку кардинал пытался парализовать или сломить силы, противодействующие абсолютизму центральной власти: дворянство, протестантов, парламенты и остатки сословно-представительных учреждений. Но существовала положительно-созидательная сторона деятельности Ришелье, имевшая своей целью создать то, чего до сих пор не хватало королевской власти: соответствующую административную организацию. Нужно отметить, что организаторская деятельность Ришелье в данном направлении не имела характера единой планомерной реформы. В этом отношении он был верным продолжателем традиции французских королей, постепенно возводивших новое здание государственности рядом со старым, не столько ломая последнее, сколько предоставляя ему разрушаться от собственной ветхости. В результате получается коренная перемена в существе дела, мало заметная, однако, внешне. Прежние учреждения сохранились, но одни из них утратили своё былое значение, не приобретя взамен нового, другие — не потеряв старого, приобрели настолько новое значение, что роль этих учреждений в государстве коренным образом изменилась. К первым относятся высшие коронные чины, генерал-губернаторы и финансовые присутствия, ко вторым — королевский совет, статс-секретари и местные интендантства с подчиненными им субделегатами.

Еще до Ришелье королевский совет начинает заслонять собой высшие коронные чины, которые из-за своей наследственности стали непригодны в качестве органов королевской власти. Поэтому все важнейшие законодательные и административные акты подготавливаются советом, и большая часть актов монаршей воли издается от имени „короля в своем совете“. Этот орган становится как бы воплощением высшей правительственной власти. Ришелье не внес никакой существенной перемены в это положение дела, он только сделал состав совета более послушным орудием королевской власти, сократив число его независимых членов, заседавших там в силу привилегии сана или по праву рождения, и увеличив количество советников по назначению короны. Расширение правительственной деятельности королевского совета должно было естественным образом отразиться и на роли его ближайших органов — статс-секретарей, которые в то время являлись простыми канцелярскими посредниками и между советом и прочими административными учреждениями. При Ришелье, который был не только первым, но, в сущности, и единственным министром в королевстве, статс-секретари стали в ближайшую зависимость от первого министра. Со смертью кардинала статс-секретари освободились от этой зависимости и из канцелярских чиновников превратились почти в министров. История статс-секретарей после Ришелье есть история беспрерывного роста их правительственного значения. При Людовике XIV статс-секретарей будут уже величать монсеньорами — титулом, остававшимся до тех пор исключительной привилегией принцев крови и высших коронных чинов.

Ришелье не уничтожил генерал-губернаторства как учреждения, но он положил начало той политике, конечной целью которой было превращение должности генерал-губернатора в почётную и доходную синекуру для придворной знати — в пышный титул без всяких действительных функций. А военное командование постепенно перешло в руки главнокомандующих в провинциях. Как правило, это были незнатные и небогатые дворяне, что заставляло их дорожить своей должностью и не противоречить государственным интересам. Что касается финансовых присутствий, то Ришелье даже не пытался их реформировать: для этого понадобилось бы выкупить у казначеев их благоприобретенные должности, на что потребовалась бы колоссальная сумма, которой у правительства не было. Поэтому кардинал пошел своим излюбленным путем» наряду со старым учреждением создал новое — интендантство, которое даже не было оформлено законодательно. Оно появилось и развивалось постепенно, путем правительственной практики. Королевские комиссары и интенданты послужили тем материалом, из которого Ришелье создал провинциальные интендантства. Так быстро рос и развивался разветвленный бюрократический аппарат французского абсолютистского государства. Чиновники имели свои особые привилегии и до середины XVII века назывались «людьми мантии». Первоначально чиновничество в классовом отношении было однородным. Оно возникало в основном в городах и вербовало своих членов из среды городского патрициата и именитого купечества.

С учреждением главнокомандующих в провинциях и провинциальных интендантов было положено начало той административной централизации, которая составляет характерную черту абсолютной монархии Франции. И Ришелье может с полным основанием считаться истинным родоначальником этой централизации. Людовик XIV является в этом отношении, как, впрочем, и во многих других, лишь продолжателем дела, начатого первым министром Франции, кардиналом Ришелье.

Царствование Людовика XIV (1643-1714) представляет собой последний шаг вперед в деле упрочения и закрепления абсолютизма во Французском королевстве путем развития административной системы. После смерти Ришелье (1642 год) и последовавшей за ней смерти Людовика XIII (1643 год) произошла новая реакция против королевского абсолютизма. Фрондирующая феодальная знать поднялась, чтобы возвратить себе свободу, поднялся также парламент, чтобы возвратить себе былое политическое влияние. Но сравнительно быстрое и полное фиаско этой фронды в 1648-1653 годах представляет собой лучшее наглядное свидетельство успехов, сделанных королевской властью при поддержке Ришелье. Отмененное по настоянию фрондирующих парламентов новое могучее орудие центральной власти в лице провинциальных интендантов (случилось это в 1648 году) было немедленно восстановлено, получив ещё большее значение в качестве общегосударственного органа. После того, как в Бретани было учреждено интендантство, не осталось более ни одного уголка в королевстве, где бы центральная власть не имела своего постоянного и непосредственного агента. С тех пор вся Франция оказывается покрытой сетью административной централизации.

С централизацией административной машины рука об руку идет ее бюрократизация. С тех пор, как после смерти кардинала Мазарини в 1661 году должность нового министра перестала существовать, четверо статс-секретарей вместе с канцлером и генерал-контролером сделались непосредственно подчиненными королю взаимозависимыми начальниками отдельных ведомств, то есть министрами в нашем понимании этого слова. После упразднения должности суперинтенданта в том же 1661 году должность генерал-контролера приобрела новое значение во многом благодаря личным качествам и характеру деятельности своего первого представителя — Жана Батиста Кольбера, бесспорно самой выдающейся личности из всех министров Людовика XIV. В деятельности Кольбера с 1661 года по 1683 год находит себе небывало широкое развитие та правительственная опека, первые отчетливые признаки которой наблюдались в царствование Генриха IV. Эта опека над всеми сторонами народного хозяйства вырабатывается при Кольбере в законченную и стройную систему. Он уже не довольствуется ролью покровителя и поощрителя, а берет на себя руководство всей экономикой государства. Кольбер выписывает из Англии мастеров и специалистов по части стальных изделий, которые до того времени Франция получала с Британских островов. Германия снабжала Францию жестяными изделиями — Кольбер спешит сманить несколько немецких мастеров этого дела. Своему посланцу в Венеции Кольбер поручает добыть наперекор местным строгим регламентам несколько зеркальных дел мастеров. Он стремится не только пересадить во Францию различные отрасли производства, но и довести их до такой степени совершенства, чтобы французские изделия сделались в состоянии не только конкурировать с зарубежной продукцией, но и по возможности стать вне конкуренции.

Что касается парламентов, то им пришлось испытать на себе последствия своего участия в неудавшейся фронде: вопросы управления снова были изъяты из их ведения. С превращением интендантства в постоянное и общее для всей страны учреждение полномочия финансовых присутствий окончательно перешли к интендантствам. Наконец, относительно сословного представительства известно, что в последний раз Генеральные штаты были созваны в 1614-1615 годах, начиная с царствования Людовика XIV остатки сословного представительства продолжают жить лишь в провинциальных штатах Лангедока, Бретани, Прованса, Бургони и нескольких маленьких областей. Но и в отношении сохранившихся провинциальных штатов были приняты все меры к тому, чтобы они как можно меньше служили помехой для центральной власти и ее областных органов.

Городское и сельское местное самоуправление оставалось до Людовика XIV практически нетронутым. Теперь правительственная опека привела систему самоуправления в упадок. Поводом к такому вмешательству, сопровождавшемуся массовым отчуждением коммунального достояния, главным образом, общинной земли, послужила неоплатная задолженность городов. Королевским эдиктом 1692 года все городские должности, бывшие ранее выборными, объявлялись продажными в пользу королевской казны. Эта новая политика правительства по отношению к городскому и сельскому самоуправлению является одним из первых образцов фискальной политики, ставшей впоследствии неизменным атрибутом французской монархии. Фискальность находила отражение и в росте налогового бремени, который далеко опережал рост платежных сил населения. Значительно увеличивается число прямых и косвенных налогов, объявляется денежный сбор даже с таких актов, как крещение, бракосочетание и погребение. Общая совокупность лежащих на крестьянах повинностей — в пользу казны, церкви и сеньоров — часто поглощала весь доход земледельца, вследствие чего запашки сокращались, и прежде пахотные земли превращались в пустыри. Сбор подати редко проходил без вмешательства вооруженной силы и напоминал действия победителей в поверженной неприятельской стране.

Кроме того, были введены монополии различного рода, частью государственные, частью отдаваемые на откуп компаниям капиталистов (винная, соляная и некоторые другие). Несмотря на страшное увеличение налогового бремени, далеко опережающее прогресс народного хозяйства, возрастание государственных доходов все-таки не поспевало за быстро растущими расходами. Красноречивей всего говорит об этом та сумма долгов, которую Людовик завещал своему преемнику. По вычислениям статистика Ловассера, сумма эта составляла до 3,5 миллиардов лир, что в 20 раз превышало годовой бюджет государства. Закономерен вопрос — откуда такое возрастание долгов?

Причинами этого явления стали три фактора: быстрый рост административного аппарата, расходы на установление культа королевской власти (Людовик XIV был щедр на руку по отношению к своим придворным), и, наконец, внешняя политика. На последнем факторе можно остановиться подробнее. Идея мировой гегемонии, основоположником которой стал Филипп II Испанский, нашла себе спустя столетие нового выразителя в лице Людовика XIV. Результатом этой политики были, прежде всего, войны которые с незначительными перерывами тянутся кровавой полосой через все продолжительное царствование Людовика XIV. По приблизительным подсчетам эти войны поглотили по меньшей мере полный доход государства за 10 лет. Кроме того, они вызвали гибель до 1,5 миллионов человек взрослого мужского населения, что было чувствительной потерей для страны.

Но внешняя политика Франции не ограничивалась войнами. Там, где послушания нельзя было завоевать, его покупали. Как точно заметил историк Ардашев, «дело, незаконченное французскими солдатами, предоставлялось завершать французским луидорам». Так, многие из германских князей состояли на постоянной жаловании у Людовика XIV. В числе «пансионеров» французского короля находился и английский монарх, чье послушание обошлось Людовику в несколько миллионов. Система дипломатических подкупов была распространена Людовиком почти на всю Европу. «Пансионеров» французского короля можно было найти в Швейцарии, Италии, Генеральных штатах Голландии и даже в отдаленной Швеции. Словом, внешняя политика Людовика XIV была разорительным делом для Французского королевства.

Что касается сентиментальной личности монарха, то нужно отметить, что его слабостью были придворные церемониалы, двор короля увеличивался и рос изо дня в день. Роскошные балы давались с завидной частотой и постоянством. Если читать «Мемуары» самого Людовика невольно складывается впечатление, что он был и творцом своего собственного культа и Людовик почти боготворил себя в своих же собственных глазах, и дворцовый церемониал был частью той религии, которую французский король пытался создать. По словам Сен-Симона, Людовик XIV «на обоготворение своей власти потратил все свое царствование». В тех же «Мемуарах» читаем: «Нация целиком заключается в особе короля». Это положение, заключающее в себе ту мысль, которая прозвучала в приписываемом Людовику XIV изречении «государство это — я», отмечает собой принципиально важный поворот в эволюции абсолютной монархии во Франции. Это уже не благодушный абсолютизм Генриха IV, и даже не категорический абсолютизм Ришелье; потому как и тот и другой ставили во главу угла государство и его интересы — Людовик же поставил туда особу короля. С этой поры направление французского абсолютизма резко разошлось с курсом просвещенного абсолютизма, девиз которого провозгласил Фридрих II Прусский: «Государь есть первый слуга государства».

Наконец, логическим следствием учения о божественности королевской власти было проникновение последней католицизмом. Со времени Людовика XIV французская монархия порывает с традициями, завещанными Генрихом IV и Ришелье, в глазах которых «хороший француз важнее хорошего католика», и делает решительный шаг назад, возвращаясь к изжившим себя традициям Филиппа II Испанского, чьим правнуком был Людовик XIV. В 1685 году вышел королевский указ, которым отменялся Нантский эдикт 1589 года, предоставлявший протестантам свободу вероисповедания. Король в качестве «старшего сына католической церкви» не желал более терпеть еретиков в своем государстве. Началась настоящая травля протестантов. Несмотря на запрещение, они целыми толпами бежали из страны. За 65 лет после отмены Нантского эдикта Францию покинули более 400 тысяч человек, в том числе немало коммерсантов, предпринимателей и заводских рабочих, что значительно затянуло развитие капиталистических отношений. Естественно, что такая политика привела к упадку благосостояния страны. Людовик XIV, умирая, оставил своему наследнику разоренное королевство и такую брешь в государственных финансах, которую едва ли даже можно было заделать: общая сумма оставленного им государственного долга превышала в 20 раз валовой и в 25 чистый доход государства. Блестящее по видимости царствование было, вероятно, самым тяжелым из всех пережитых Францией. В нем ключ к пониманию неизбежности Великой французской буржуазной революции в 1789 году, положившей конец абсолютной монархии.

Pages:     | 1 | 2 ||


Похожие работы:

«Занятие №1 Тема занятия: Введение. Подонцовье и Северное Приазовье в первобытную эпохуЦели занятия: учебные: раскрыть основные задачи курса и сформировать представление об этапах заселения Юго-Восточной Европы; рассмотреть природно-климатические условия, основные места расселения первобы...»

«ПланВведение 1 История 1.1 I раздел Армянского царства1.2 II раздел Армении1.3 Арабское владычество1.4 Багратидская Армения1.5 Позднее и высокое средневековье2 Население3 Культурная ситуацияСписок литературы Введение Восточная Армения[1][2][3][4...»

«Содержание Введение..3 Деловые письма и их классификация.4 Виды некоммерческих деловых писем.5 Виды коммерческих деловых писем.6 Стандарты международной организации по стандартизации (ИСО) на оформление переписки..7 Реквиз...»

«МИНИСТРЕСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕОЕ АВТОНОМНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯДАЛЬНЕВОСТОЧНЫЙ ФЕДЕРАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТШКОЛА ИСКУССТВА, КУЛЬТУРЫ И СПОРТАКАФЕДРА МЕТОДИ...»

«"Их ждали цеха заводские, окопы и рвы фронтовые." Защитникам Москвы посвящается. 2011 год. Встреча с ветеранами, посвящённая 70-летию битвы под Москвой-133352202180В нашей школе ежегодно в декабре проходят встречи с защитниками Москвы. Этой традиции уже более 20 лет. Инициатором таких вст...»

«МУНИЦИПАЛЬНОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБЩЕОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ "Средняя общеобразовательная школа № 5 имени Героя Советского Союза Б.А.Смирнова" города Воткинска УР "Рассмотрено" протокол № 1 от 30.08.2016 г. заседания ШМО руководитель ШМО "Утверждено" приказ № 110-ос от 31.08.2016 г. директор МБОУ СОШ № 5 РАБОЧАЯ ПРОГРАММА по русскому языку дл...»

«Рекомендация книги. Тема: Библия – книга книг. Цели: приобщение к богатствам шедевра мировой культуры, источнику знаний человека о Боге, мироустройстве, источнику “вечных образов” в искусстве. Задачи: знакомить с историей создания Библии, ее автор...»

«Муниципальное казённое общеобразовательное учреждение "Средняя общеобразовательная школа №3" г.Поворино РЕФЕРАТ на тему "Человек в центре исторических событий в произведениях русской классики"Выполнил: уче...»

«ОТРАСЛЕВАЯ ЛИТЕРАТУРАНОВЫЕ ПОСТУПЛЕНИЯ МАЙ 2016 г.ОГЛАВЛЕНИЕ TOC \o 1-1 \h \z \u ЕСТЕСТВЕННЫЕ НАУКИ PAGEREF _Toc452471908 \h 1РУКОДЕЛИЕ PAGEREF _Toc452471909 \h 2МЕДИЦИНА PAGEREF _Toc452471910 \h 2ИСТОРИЯ РОССИИ PAGEREF _Toc452471911 \h 3ИСТОРИЯ САНКТ-ПЕТЕРБУРГА PAGEREF _Toc452471912 \h 4...»

«Curriculum vitae Il 22 aprile del 1954 sono nata a Mosca, nella capitale dell’ex l’Unione Sovietica, dal 1989 sono residente in Italia. Tra le principali tematiche, le competenze professionali possedute e le p...»

«Технологическая карта урока Учебный предмет технология Класс 6 Автор УМК: СимоненкоВ.Д., Синица 6 класс Тема урока: "Технология приготовления блюд из рыбы" Тип урока: Открытия новых знаний Цель урока: Сформировать понятие о пищевой...»

«Мероприятие внеурочной деятельности по математике НА ТЕМУ: "История возникновения единиц времени"Цели : Дидактическая: содействовать активизации познавательной деятельности учащихся; Разв...»

«Course abstract, Б.Пр.В.П.2.2, Population Policy1. Course number, title, and ECTS Б.Пр.В.П.2.2, Population Policy, 6 ECTS Course of specialization Lectures – 28 Seminars & Practical Classes – 36 Contact Hours – 64 Self-study Hours – 164 2. Course instructors during Self-Evaluation year and site visit year Mr. Mi...»

«РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯМИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ"ТЮМЕНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ" ФИЛИ...»

«3844290-393065680000, г.Хабаровск, ул. Карла Маркса, 118 Тел. (4212) 46-16-13, 25-24-34 Факс (4212) 46-16-13 e-mail (общий): info@prtdv.ru сайт: престиж-тур.рф; prtdv.ru 00680000, г.Хабаровск, ул....»

«Муниципальное бюджетное общеобразовательное учреждение Веселёвская средняя общеобразовательная школа Утверждаю Директор _Т.А.БезгинаПриказ № 85/10 от 31 августа 2016 г.РАБОЧАЯ ПРОГРАММА по истории 11 класса учебник "История Росс...»

«Контрольная работа по истории России, 8 класс (правление Александра I и Николая I)1.Запишите даты, связанные с правлением Александра I и с правлением Николая I 1853 – 1856 гг.; 1815 г.; 1839 – 1843 гг.; 1825 – 1855 гг.; 1814 – 1815 гг.; 1816 – 1817 гг. 18...»

«Операционная система – это комплекс взаимосвязанных системных программ, назначением которого является – организовать взаимодействие пользователя с компьютером и выполнение всех других программ. Как только операционная система...»

«I.ПОЯСНИТЕЛЬНАЯ ЗАПИСКА Данная рабочая учебная программа по музыке для 14 классов составлена на основе примерной программы по музыке в соответствии с Федеральным государственным образовательным стандартом второго поколения (приказ Минобрнауки РФ № 373 от...»

«Брейн – ринг по Истории Казахстана – 6 класс. Цели мероприятия: способствовать развитию познавательного интереса, воспитывать стремление к лидерству, патриотическое воспитание. Оборудование: приготовить столы для каждой команды, поставить на каждый стол сигнальную палочку, ком...»

«Уалтаева А.С. – Cтаршый научный сотрудник Института истории и этнологии им. Ч.Ч. Валиханова, кандидат исторических наук ТРЕТИЙ ВСЕМИРНЫЙ КУРУЛТАЙ КАЗАХОВВ статье рассматриваются изменения, произошедшие со времени проведения Первого курултая казахов в истоорической ретроспектив...»

«Письмо потомкам Дорогой мой потомок! Мне пока только 20 лет, я еще не нашел вторую половинку, но я точно знаю, что ты, в будущем, будешь читать это послание. Возможно, в том далеком будущем, о Великой Отечественной войне ты найдешь всего лишь несколько страниц в учебнике истории. Я оставляю тебе в нас...»

«Администрация муниципального района Красноярский Дата 27.08.2016 г. Будущее Большой Царевщины В живописной местности близ реки Сок, на левом берегу Волги, у подножия Кургана в начале XVIII века возник поселок Волжский, называвшийся Царево-Курганской слободой, а по...»

«Всероссийский конкурс "Лучший урок письма -2015" Номинация "Письмо другу"Выполнила: Приходько Анастасия учащаяся 7 класса Основное место учебы: Муниципальное казенное общеобразовательное учреждение "Журавлевская средняя общеобразователь...»

«Литературно-музыкальная композиция, посвященная Дню Победы " Поклонимся великим тем годам"Цели:формирование гражданского самосознания учащихся;воспитание патриотизма, гуманизма и других нравственных и культурных ценностей;развитие интереса к истории, к жизни людей, к своей семье;развит...»

«Предмет: История Класс: 5 Тема: "Военные походы фараонов" Цель урока: Изучить особенности внешней политики Древнего Египта, подвести учащихся к пониманию причин и последствий военных походов. Образовательная задача: раскрыт...»

«Содержание Введение1. Немного истории2. Прогнозы будущего3. Куда идет Россия4. Россия — часть "Северного кольца" Заключение Список использованной литературы Введение Демографические проблемы в последнее время и...»

«Тема: ДРЕВНИЕ СЛАВЯНЕ(классный час-игра) Цели: повысить познавательный интерес учащихся к истории и культуре древних славян; привлечь учащихся к изучению славянской мифологии. Ход классного часа1. Организационный момент.В игре участвуют три команды. Предварительно им д...»

«Тема: "Поход Александра Македонского на Восток" Тип урока: урок изучения нового материала. Форма урока: урок-путешествие.Цели и задачи урока:Образовательные: дать представление учащимся об одном из главных направлений политики Александра Македонского – продолжение дела своего отца Филиппа. показать процесс продвижения...»







 
2018 www.el.z-pdf.ru - «Библиотека бесплатных материалов - онлайн документы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 2-3 рабочих дней удалим его.